Неудобный посетитель


Записки редактора.

Приближается двадцатилетие газеты, и потому я все охотнее перебираю в памяти события, так или иначе этот юбилей создававшие. Вспомнил и вот это маленькое происшествие. Было это уже лет пятнадцать назад,  а то и больше. Скорее не происшествие даже, а просто урок.
Ничего, собственно, и не произошло. Просто пришел «неудобный посетитель». Пожилая женщина, почти старушка. Из совсем уж светских, «интересующихся», только начавших ходить в храм. Что-то спросила, я ей ответил. Что-то попросила, я дал. Всё, разговор вроде бы исчерпан. Но она не уходит. Опять что-то спросила, потом опять попросила. Я терплю. Хотя рабочий день в разгаре и так не хочется тратить его на «неудобных посетителей». Но - терплю. А она всё не уходит.
Села, стала про себя чего-то рассказывать. Тут бы ее самое время и... «попросить»! Я уже было рот раскрыл, но в последний момент что-то остановило.
А она опять о чем-то спросила и опять чего-то попросила. Да когда это, в самом деле, кончится?! И почему я должен ее терпеть?! Тратить время на ее не слишком важные вопросы?!
- Ведь вы в церковной газете работаете, - компетентно, будто я без нее не знаю, сообщила она. - Вот и проявите терпение.
Нет, ну какая наглость?! Вообще...
Но терплю.
А она чай попросила попить. Ей далеко ехать до дома.
Вскипятили, принесли ей чашечку. Попила, но все равно не уходит.
-Хочу, - говорит, - в старых номерах газеты поковыряться. Может, чего-то там интересное найду. Можно?
Можно. Принес ей подшивку. Ковырялась еще с полчаса.
Потом спросила, до которого часа мы работаем. У меня и вовсе настроение испортилось. Да она что, в самом деле, до позднего вечера будет нас изводить?!
Вежливо ответил ей, до которого часа. Даже какой-то азарт охватил. Сколько выдержу? Когда терпение лопнет?
А она как ни в чем не бывало листает подшивку прошлогодних газет, что-то там себе даже выписывает и негромко рассказывает чего-то.
Я вдруг успокоился. Решил: значит так надо. Не гнать же человека, который к нам зачем-то же пришел. Пусть сидит себе, сколько нужно.
И она сразу засобиралась домой.
Проводил ее с легким сердцем и принялся за работу.
...Вечером мама рассказала, что, когда ехала сегодня в трамвае, к ней подсела на соседнее свободное сиденье какая-то незнакомая немолодая женщина. И стала ей (моей матери) говорить обо... мне!
- Вот, еду сейчас из редакции Православной газеты. Там меня так хорошо приняли! - «докладывала» моей маме она. - Терпеливые все там такие! И редактор такой вежливый... Чаем угостили, на все вопросы ответили. Ну, одно слово, Божьи люди...
Мама моя была поражена этим рассказом (естественно, не сказала той женщине, кем ей «приходится» редактор газеты). А вечером не без радости и торжества (как же, ее сына-«двоечника» наконец-то все-таки похвалили!) рассказала мне о случившемся. Ясно ведь, что в таком огромном мегаполисе, как наш, такие встречи «случайно» не происходят! И только тогда мне стала понятна цель того визита. Да ведь это была «проверка на вшивость»! - решил я. И, кажется, я ее успешно прошел.
С тех пор кого бы ни заносило в наши края, всегда помню об этом случае и проявляю максимум терпения («Ведь в церковной газете работаю!», что там ни говори). Вдруг да сегодня же вечером этот вот самый посетитель окажется в трамвае рядом с моей мамой - и если я его сейчас, скажем, обижу или просто как-то невежливо, нетерпеливо с ним себя поведу, ведь тогда он обо мне ей такого наговорит!
Антон Жоголев
11.03.2011

    Просто и хорошо.
    Сам попадал в похожие ситуации.Терпишь человека из последних сил,выдержишь,а потом слышишь,что он тепло отзывается о верующих и о Православии.Как хорошо,что мысли друг друга мы пока читать не можем.

    Как хорошо и поучительно.Так придет смирение и терпение.

    Ничего не поняла, как она к маме то подсела! Но поняла, что мне надо про эту историю все время помнить. Я как раз вчера на работе не смогла потерпеть, теперь вот душа болит. Прости Господи!
    Помоги Вам Бог в трудах ! Я читатель Вашей газеты с 1996 года. Я тогда жила на железнодорожной станции. Благодаря Вам теперь у нас в Хакасии знают и про Марию Самарскую, и про схиигумена Иеронима и про Иоанна Букоткина. Помню стаью, как Антон Жоголев кричал своему отцу в окно. Очень она мне на сердце легла. Вы мои единомышленники.

Оставьте свой отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения *

*

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago@cofe.ru