О церковных таинствах


Таинства нельзя смешивать с обрядами. Обряд есть любой внешний знак благоговения, выражающий нашу веру. Таинство – это такое священнодействие, во время которого Церковь призывает Духа Святого и Его благодать нисходит на верующих.
Таковых таинств семь: крещение, миропомазание, причащение (евхаристия), покаяние (исповедь), венчание, елеосвящение (соборование), священство (рукоположение).


К  основным обрядовым действиям  относятся: напутственные молитвы;  освящение жилищ; освящение воды; освящение куличей; яиц, фруктов, меда; крестные ходы; освящение артоса; молитва   и т.д.


Крещение, покаяние и евхаристия установлены самим Иисусом Христом, о чем сообщается в Новом Завете. О Божественном происхождении других таинств свидетельствует церковное Предание.
Крещение есть Таинство духовного рождения. Крещение есть принятие человека в лоно Церкви, только после него человек может приступать к Церковным Таинствам.
Крещение - Таинство, в котором верующий, при троекратном погружении тела в воду с призыванием Бога Отца и Сына, и Святого Духа, умирает для жизни плотской, греховной и возрождается от Духа Святого в жизнь духовную. В Крещении человек очищается от первородного греха - греха прародителей, сообщаемого ему через рождение. Таинство Крещения может совершаться над человеком только один раз (равно как человек только один раз рождается на свет).
Крещение младенца совершается по вере восприемников, на которых лежит святая обязанность научить детей истинной вере...


Многие из приходящих ко святому Крещению не отдают себе отчета в важности этого шага, в его смысле и значении.
Веру может иметь и некрещеный человек. Больше того, человек, не имеющий веры, исключая малышей, не может быть допущен до Крещения.
Таким образом, надо сначала веровать, а потом креститься; не в Крещении искать веру, а ко Крещению приступать с верой. Спаситель сказал: "Кто будет веровать и креститься, спасен будет" (Мк.16,16). Значит, вера предшествует Крещению.


Многие приходят просто без подготовки, думают так: окунут их - и все, и они будут крещеными.


В двенадцатом веке в Патриарший Синод в Константинополе пришли несколько турок, заявивших, что они христиане. "Как же случилось, что вас, турок, магометан, окрестили?" - спросили их. - Они отвечали, что у них, турок, "существует обычай крестить своих детей у православных священников, потому что, по их мнению, во всяком новорожденном ребенке находится злой дух и "смердит как собака", пока не получит христианского Крещения".


Синод не признал такого крещения, потому что они искали его не как средства, которое очищает от всякой душевной скверны, просвещает и освящает человека, не с добрым православным намерением, но как некое "телесное лекарство" и чародейство (см.: Епископ Никодим Милаш. Правила Православной Церкви с толкованиями. Спб, 1911, т.1, с.615).
 Из житий святых Василия Великого, Григория Богослова, Иоанна Златоустого, Константина Великого, великомученика Пантелеймона и многих других мы видим, как долго молились они перед Крещением, посещали богослужения в храме, изучали догматы святой веры; еще до таинства Крещения своей горячей молитвой они совершали чудеса.
Итак, перед Крещением необходимо изучение истин святой веры, чтение Евангелия. Христос заповедал апостолам: Идите, научите все народи, крестя их во имя Отца и Сына и Святаго Духа (Мф.28,19).
Правило 78 Шестого Вселенского Собора говорит: "Готовящимся ко Крещению надлежит обучаться вере и в пятый день седмицы (недели) давать ответ (известное испытание) епископу или пресвитерам (священникам)" (Епископ Никодим Милаш, т.I, с.509).


Пять дней научения даны как минимум, ранее это изучение, или оглашение, длилось до трех лет.
Цель Крещения должна быть одна: соединение с Богом, получение благодати Его. Не следует здесь искать здоровья, ума, способностей к ученью. Это - второстепенное, оно не должно заслонять главного. Христос сказал: Ищите же прежде Царства Божия и правды Его, и это все приложится вам (Мф.6,33).
Вам открывается вход в вечное Царство Господа нашего и Спасителя, Иисуса Христа (2Пет.1,11).
Крещение не есть омытие телесной нечистоты, но есть обещание Богу доброй совести, и спасает нас воскресением Иисуса Христа (1Пет.3,21).
 
У "крестных" ( восприемников) по отношению к крестникам есть 3 основные обязанности:
1. "Молитвенная". Крестный обязан молится за своего крестника, а также по мере его возрастания научить молитве, чтобы крестник уже сам мог общаться с Богом и просить Его о помощи во всех своих жизненных обстоятельствах.
2. "Вероучительная". Обучать крестника основам христианского вероисповедания, а если вы сами не достаточно осведомлены, то сначала восполните пробелы у себя сами.
3. "Нравоучительная". На собственном примере, вы должны показать малышу человеческие добродетели - любви, доброты, милосердия, и т.д., чтобы малыш становился  настоящим добрым христианином.


Вы обещали Богу, что приведете к нему этого малыша. Помните об этом...
Миропомазание - таинство, при котором через помазание священным миром сообщаются крещенному силы благодати Божией для укрепления его в жизни духовной.


При совершении миропомазания человек освящается Святым Духом и становится членом Православной Церкви.
Совершается священником или архиереем через помазание миром лба, глаз, ноздрей, рта, ушей, груди, ладоней и ступней с произнесением слов "Печать дара Духа Святого. Аминь".
Святые Отцы Церкви ставят самое слово «христиане» в тесную связь с Миропомазанием. «Сподобившись этого святого Миропомазания, вы именуетесь христианами, оправдывая это имя возрождением. Ибо прежде чем сподобились этой благодати, вы не были в подлинном смысле достойными и этого именования, но только приближались к тому, чтобы стать христианами», — пишет святой Кирилл Иерусалимский.
В практике Православной Церкви принято совершать миропомазание непосредственно после крещения. Совершается над человеком единственный раз в жизни. Установление таинства Миропомазания восходит к апостольским временам.
В этом Таинстве осуществляется взятие человека в «удел» Божий (1 Петр. 2, 9), чтобы он стал храмом Духа Святого, ощутил «закон Бога в сердце» (Пс. 36, 31) и делами добра смог являть существо веры, как «осуществление ожидаемого и уверенность в невидимом» (Евр. 11, 1).


Действием Святого Духа в душе человека пробуждается та внутренняя духовная жажда, которая не дает ему «успокоиться на одном земном и материальном, но всегда зовет к Небесному, к вечному и совершенному».
Таинство Миропомазания завершает благодатный процесс вступления нового члена в Церковь и поставляет его равным среди верных. Участие в этом Таинстве сподобляет нового члена Церкви быть причастником Тела и Крови Христовых.
В Евангелии от Иоанна говорится: «В последний великий день праздника Иисус Христос возгласил: «Кто жаждет, иди ко Мне и пей. Кто верует в Меня, у того, как сказано в Писании, из чрева потекут реки воды живой». Сие сказал Он о Духе, Которого имели принять верующие в Него». (Ин. 7, 37—39).
В день Пятидесятницы апостолы приняли дар Святого Духа и в тот же день начали преподавать Его уверовавшим в Иисуса Христа. «Да крестится каждый из вас, — сказал в тот день апостол Петр народу, — и получите дар Святого Духа» (Деян. 2, 38).


Первоначально апостолы через молитву и возложение рук совершали низведение Святого Духа на «охотно принявших» (Деян. 2, 44) слово благовестия и крестившихся. Книга Деяний апостольских повествует, что апостолы Петр и Иоанн совершили это Таинство над самарянами. Придя к ним, апостолы помолились о них, чтобы они приняли Святого Духа (Деян. 8, 15—17). И апостол Павел низвел Духа Святого на крестившихся учеников Иоанна Крестителя: «Когда Павел возложил на них руки, нисшел на них Дух Святой» (Деян. 19, 2—6).
Необходимость совершать Таинство Духа через возложение рук требовала личного участия апостолов в Таинствах. Разойдясь же с проповедью Евангелия по всей земле, апостолы благословили поставленным ими епископам и пресвитерам совершать низведение Духа Святого на верующих через помазание миром, а освящать миро — только епископам. В своих действиях апостолы Христовы всегда руководствовались Духом Святым, наставлявшим их на всякую истину и напоминавшим им все, что заповедал Господь (Ин. 16, 13; 14, 26). И замена руковозложения миро помазанием имела поэтому Богоустановленное значение.


Слово «миро» в греческом языке "означает «благовонный елей». Миро употреблялось для освящения еще во времена Ветхого Завета. Моисей, например, освящая скинию Господню, употребил для этого миро. Этим веществом был помазан Аарон на первосвященническое служение (Лев. 8, 10-12). Все последующие ветхозаветные первосвященники, а также пророки, были помазуемы миром при вступлении на служение Господу. Состав мира для священного помазания был указан Моисею Самим Богом (Исх. 30, 22—25). Приготовление мира Священное Писание именует святым делом, а само миро — «святыней великой» (Исх. 30, 32).


Исповедь ( покаяние) - момент встречи человека с Богом, а священник, как он сам говорит людям перед исповедью, является лишь свидетелем.
Приходя на исповедь, мы приступаем к одному из основополагающих таинств. В Церкви все совершается незримым действием Божиим. Давайте внимательно вслушаемся в молитву, предваряющую нашу исповедь. “Се (вот - П.Б.), чадо, Христос невидимо стоит, приемля исповедание твое”. То есть ты, человек, стоишь один на один - с Богом! Так же будет, когда умрешь. И в этом смысле таинство покаяния есть опыт умирания...
 Всякая исповедь должна стать, с одной стороны, оглядкой на прошлое, и с другой стороны, программой на будущий подвиг, на борьбу, на победу над собой во имя Божие и во имя ближнего.


«Исповедь – это примирение. Мы говорим: "Господи, я пришёл открыться перед Тобой, сказать Тебе о всём тёмном, нечистом, мрачном, порочном, что во мне есть; и я Тебя прошу меня исцелить".
Величина греха измеряется не какими-то объективными мерками, а той любовью, которая у нас есть или которой нет.» (митрополит Сурожский Антоний)


В исповеди я предстою перед Богом. В этот момент не может быть никакого обмана. Что я скажу Ему - Тому, Кто знает все до самой моей глубины? И здесь я открываю собственную глубину по своей воле. Ту глубину, где, в общем-то, очень страшно. Где нет желанной чистоты, где иной раз одна только грязь и смрад. И я это выкладываю перед Богом для того, чтобы Он меня очистил.
Для исповеди важна наша решимость - прийти и встать перед Богом, и открыться Ему: “Господи, помоги!”. Здесь совершается таинственное действие Божие. Бог встречает меня во всей моей негожести. И исцеляет меня от моей скверны, которую я выношу перед Ним своим добрым волеизъявлением. Если не будет моей искренности, то не будет покаяния. Становясь на путь покаяния, очень важно помнить, что нет такого греха, который Господь не сможет простить.
 
«Один из повешенных злодеев злословил Его и говорил: если Ты Христос, спаси Себя и нас.
Другой же, напротив, унимал его и говорил: или ты не боишься Бога, когда и сам осужден на то же?
и мы осуждены справедливо, потому что достойное по делам нашим приняли, а Он ничего худого не сделал.
И сказал Иисусу: помяни меня, Господи, когда приидешь в Царствие Твое!
И сказал ему Иисус: истинно говорю тебе, ныне же будешь со Мною в раю.»
(Лк 23:39-43)


Покаяние – это такое состояние человека, когда он осознает свою греховность, сожалеет о ней и начинает ненавидеть совершаемый им грех и деятельно бороться с ним, утверждаясь в добре. Ненависть ко греху и борьба с ним привлекают милосердие Божие. Вот это сочетание милосердия Божия с ненавистью человека ко греху и борьбой с ним совершает покаяние, то есть – избавление человека от греха. Ведь грех – это всегда что-то, что мешает любить Бога и ближнего. Это всегда препятствие, обычно очень труднопреодолимое и часто ставшее уже нормой жизни и не воспринимаемое нами именно как грех. Победить его можно только  с помощью Божьей и приложением  собственных  сверхусилий.
Любое событие в духовной жизни человека никогда не бывает односторонним. Любое наше благое начинание нам помогает исполнить Сам Господь. При любой исповеди отношение человека ко греху все равно меняется. Нужно исповедовать этот грех, даже если мы не имеем в себе настоящей ненависти к нему и решимости с ним бороться. И в конце концов мы все равно придем к настоящему покаянию. Уже то, что мы даем себе труд исповедаться в этом грехе – угодно Господу. И, видя такое наше стремление, Он обязательно даст нам подлинное покаяние, со всей глубиной осознания и отвержения греха. Слезы покаяния – великий дар Божий, которого удостаивались лишь немногие великие подвижники благочестия.   Для нас цель – это внутреннее перерождение, которое Господь дает, видя искреннее желание жить иначе.
И для христианина очень важно – не впасть в отчаяние при виде своих грехов.. Господь подает Свою милость сразу. Потому что увидеть свой грех без Господа практически невозможно. Вернее, невозможно осознать, что это – грех. Человек совершает какой-то поступок, видит, что так же поступает его ближний, осуждает его… А сам даже не понимает – что так же грешит. И только любящий Господь может тебя повернуть и показать: “Вот, смотри… Вот это – ты! Оказывается, ты – вот такой”.


Лишь Господь может помочь человеку взглянуть на себя самого со стороны. Сам человек на это не способен, это – милость Божия. Сам импульс, двигающий нас к покаянию – это уже прикосновение Господа к нашей душе. Потом мы сокрушаемся о своем грехе. А потом Бог, видя наше стремление очиститься, избавляет нас от греха. Так происходит покаяние. То есть, все начинается с милости Божией, и все милостью Божией заканчивается. Важно лишь воспользоваться этой милостью, не пройти мимо нее.


Ведь масса людей живут греховной жизнью и не ощущают своей греховности. И если человек почувствовал, что так жить больше нельзя, что нужно покаяться, это уже – милость Божия, это значит, что Господь его посетил.
 По-гречески покаяние, это – “метанойя”, что означает буквально “перемена ума”.
 Грех – это болезнь души. Но не душевная болезнь, а духовная.
У митрополита  Антония Сурожского  есть замечательное сравнение созревания греха в человеке – с луковицей. Когда грех зарождается, это как будто сердцевинка, которую многие, если не все, любят – она очень сладкая, сочная, замечательная. А потом эта сердцевина, этот грех начинает расти и превращается в лепесточки лука, вкушая которые каждый плачет. Когда совесть в человеке начинает вопиять к его сердцу, к его сознанию, к его душе, грех начинает отмирать. Но без заботливой хозяйки, которая может очистить эту луковицу от шелухи, самоочищение не происходит. Нужен кто-то, кто засвидетельствует на земле, что человек здесь прошел те адские испытания своего сердца по поводу совершенного греха, которые он уже не будет испытывать в жизни вечной.


Есть и еще один принципиальный момент в Таинстве Покаяния, который требует обязательного присутствия свидетеля – священника. Это связано с объективным характером Таинства. Когда человек переживает свои грехи, сожалеет о них, борется с ними – это все происходит в глубине его души в тайне не только от всего мира, но и иногда …и от самого человека. Можно годами каяться дома перед иконой, но так никогда и не получить уверенности в том, что этот грех мне прощен. Где та объективная граница, которая отделяет грехи, ставшие “как не бывшие”, и грехи, которые по-прежнему лежат тяжким грузом на моей совести? Эту границу нельзя провести самому, потому что ее может определить только Господь. Эта граница – Таинство Исповеди. На исповеди не всегда удается испытать благодатные переживания эмоционально, не всегда удается до конца осознать свой грех, набраться решимости его ненавидеть, – это все зависит от усердия кающегося. Но на исповеди всегда совершается объективным образом, независимо от нас, благодатное действие Божие, очищающее нас от тех грехов, которые были исповеданы перед священником как свидетелем. Остается привычка к греху, может остаться даже тяга к греху, и иногда очень долго приходится бороться с последствиями греха, но сам грех уже не существует. В это Церковь твердо верит, и это доказывает весь Ее двухтысячелетний опыт. Эта объективная сторона Таинства требует объективного, не зависимого от нас самих выражения: словесной исповеди при свидетеле – священнике.


 Мы часто каемся, но душа наша привязана ко греху, грех остается для нас привлекательным и желанным. А ведь Господь смотрит не на слова, а на сердце. И если мы пришли на исповедь для того, чтобы Бог избавил нас от греха, а сердце наше в это время кричит: ”Только не сейчас, Господи!” – то, конечно, Господь не станет избавлять нас от этого греха насильно. Он попустит нам впасть в этот грех еще раз, и еще, и еще… Чтобы мы рассмотрели его с разных сторон, чтобы мы себя в этом грехе лучше увидели и поняли, наконец, сердцем – что же мы делаем.


Но каяться в таком грехе все равно необходимо. Ведь для того, чтобы покаяться на исповеди, человеку нужно преодолеть барьер собственного стыда перед священником. Даже у Святых Отцов есть такой принцип: если не осознаешь грех, подумай, что о нем придется говорить при человеке на исповеди. Этот стыд часто оказывается целебным, потому что подразумевает внутренне усилие кающегося. Видя этот труд, Господь дает нам возможность увидеть грех во всем безобразии и возненавидеть его. Только тогда становится возможным подлинное покаяние.
Таинство Евхаристии было совершено Христом на Тайной Вечери, о которой рассказывают все четыре евангелиста, а кроме того, апостол Павел: "Ибо я от Самого Господа принял то, что и вам передал, что Господь Иисус в ту ночь, в которую предан был, взял хлеб и, возблагодарив, преломил и сказал: приимите, ядите, сие есть Тело Мое, за вас ломимое; сие творите в Мое воспоминание. Также и чашу после вечери, и сказал: сия чаша есть новый завет в Моей Крови, сие творите, когда только будете пить, в Мое воспоминание. Ибо всякий раз, когда вы едите хлеб сей и пьете чашу сию, смерть Господню возвещаете" (1 Кор. 11:23-26)


По учению Православной Церкви, единственным истинным совершителем Евхаристии является Сам Христос: Он невидимо присутствует в храме и действует через священника. Для православных христиан Евхаристия - не просто символическое действие, совершаемое в воспоминание Тайной Вечери, но сама Тайная Вечеря, ежедневно возобновляемая Христом и непрерывно, с той пасхальной ночи, когда Христос возлежал за столом со Своими учениками, продолжающаяся в Церкви. "Вечери Твоея тайныя днесь, Сыне Божий, причастника мя приими", - говорит приступающий к Причащению. Не только Тайная Вечеря, но и голгофская жертва Христа возобновляется за каждой Литургией: "Царь бо царствующих и Господь господствующих приходит заклатися и датися в снедь верным" (из Литургии Великой субботы).  
Жертва Христова приносится не только Богу Отцу, но всей Святой Троице. Евхаристическое благодарение обращено к Отцу, а само преложение хлеба и вина в Тело и Кровь Христа совершается действием Святого Духа: "Ниспосли Духа Твоего Святаго... и сотвори убо хлеб сей честное Тело Христа Твоего, а еже в чаше сей - честную кровь Христа Твоего, преложив Духом Твоим Святым" (молитва из Литургии святителя Иоанна Златоуста).
В Священной Евхаристии верующим подается священное «лекарство бессмертия», как говорил священномученик Игнатий Богоносец, «противоядие, чтобы не умирать». Бог сделал человека существом материальным. Вот почему Он использует такие материальные вещи, как хлеб и вино, чтобы вложить в нас новую жизнь. Таинством таинств" Православной Церкви является святая Евхаристия. Она - сердцевина Церкви, ее основа, фундамент, без которого немыслимо существование Церкви.
Православная Церковь безусловно верует, что в Евхаристии хлеб и вино становятся реальными Телом и Кровью Христа, а не только символическим изображением Тела и Крови.
  Соединение верующего со Христом в Евхаристии бывает не символическим и образным, но истинным, реальным и всецелым. Как Христос пронизывает Собою хлеб и вино, наполняя их Своим Божеством, так Он входит в человека, наполняя его плоть и душу Своим животворным присутствием и Божественной энергией. В Евхаристии мы становимся, по выражению Святых Отцов, "сотелесными" Христу, Который входит в нас, как в утробу Девы Марии.
 Преподобный Симеон Новый Богослов пишет о том, что Христос, соединяясь с нами, делает божественными все члены нашего тела: "Ты сродник наш по плоти, а мы (Твои сродники) по Божеству Твоему... Ты пребываешь с нами ныне и во веки, и делаешь каждого жилищем и обитаешь во всех... каждый из нас в отдельности с Тобою, Спаситель, весь со Всем, и Ты - с каждым в отдельности находишься, Один с одним... И таким образом все члены каждого из нас сделаются членами Христовыми... и мы вместе сделаемся богами, сопребывающими с Богом". В словах преподобного Симеона особенно видна связь между Причащением и обожением, являющимся целью христианской жизни. Подчеркивается также ощутимый и телесный характер соединения со Христом: наша плоть в Евхаристии получает как бы закваску нетления, становясь обоженной, и когда она умрет и истлеет, эта закваска станет залогом ее будущего воскресения.
 
В силу такой исключительности таинства Евхаристии Церковь придает ему особое, ни с чем не сравнимое значение в деле спасения человека. Вне Евхаристии нет ни спасения, ни обожения, ни истинной жизни, ни воскресения в вечности: "Если не будете есть Плоти Сына Человеческого и пить Крови Его, то не будете иметь в себе жизни. Ядущий Мою Плоть и пиющий Мою Кровь имеет жизнь вечную, и Я воскрешу его в последний день" (Ин. 6:53-54). Поэтому Святые Отцы советовали христианам никогда не уклоняться от Евхаристии и причащаться насколько возможно часто. "Старайтесь чаще собираться для Евхаристии и славословия Бога", - говорит священномученик Игнатий Богоносец.. 
Что же касается особых аскетических правил подготовки к причащению в период "говения", как, например, пост в течение нескольких дней, то они возникли в те времена, когда причащение стало редким и нерегулярным. В современной практике Русской Церкви обычно предписывается одно-, двух- или трехдневный пост перед причащением; кроме того, причащению должна предшествовать исповедь.


   Все предписания относительно подготовки к Евхаристии направлены на то, чтобы человек, приступающий к таинству, осознал свою греховность и приступил с чувством глубокого покаяния. В молитве перед причащением священник, и вместе с ним весь народ, повторяя слова святого апостола Павла, называет каждый себя "первым из грешников": "Верую, Господи, и исповедую, яко Ты еси воистину Христос, Сын Бога живаго, пришедый в мир грешныя спасти, от них же первый есмь аз". Только сознание своего всецелого недостоинства делает человека достойным приступить к Евхаристии.
  Сокрушение от сознания собственной греховности, однако, не мешает христианину воспринимать Евхаристию как праздник и радость. По своей природе Евхаристия является торжественным Благодарением, основное настроение которого - хвала Богу. В этом парадокс и тайна Евхаристии: к ней нужно приступать с покаянием и одновременно с радостью - с покаянием от сознания своего недостоинства и радостью от того, что Господь в Евхаристии очищает, освящает и обоготворяет человека, делает его достойным невзирая на недостоинство. (Игумен Иларион (Алфеев)
Соборование - это Таинство, в котором при помазании тела елеем на больного призывается благодать Божия, которая исцеляет немощи духовные и телесные. Таинство называется соборованием, потому что его принято было совершать "собором" семи священников.
 
История Таинства восходит к апостолам, которые, получив от Иисуса Христа власть «исцелять болезни», "многих больных мазали маслом и исцеляли" (Мк. 6.13).
Во время совершения таинства читают семь текстов из Апостольских посланий и семь — из Евангелия. После каждого чтения священник совершает помазание чела, щек, груди и рук освященным маслом — елеем. По окончании последнего чтения Священного Писания он возлагает раскрытое Евангелие на головы соборуемых и молится о прощении им грехов.
Елеосвящение требует от человека веры и покаяния. Исцеление — это свободный дар Всеблагого любящего Бога, а не неизбежный результат каких-то внешних действий. Поэтому Таинство Елеосвящения не является магическим ритуалом, результатом которого будет непременное физическое исцеление: в таинстве исцеляется, в первую очередь, наша душа.
После Таинства Соборования православные, как правило, стараются исповедоваться и причаститься.
На связь телесной болезни с греховностью явным образом указывает нам Сам Спаситель в Евангелии от Марка: "И пришли к Нему с расслабленным, которого несли четверо... Иисус, видя веру их, говорит расслабленному: чадо! Прощаются тебе грехи твои" (Мк. 2, 3, 5). После чего расслабленный получил исцеление...


Однако следует отметить, что не все без исключения болезни - непосредственное следствие греха. Бывают болезни и скорби, посылаемые с целью испытания и усовершенствования верующей души. Такова была болезнь Иова, а также слепца, о котором Спаситель прежде, чем исцелить его, сказал: "Не согрешил ни он, ни родители его, но это для того, чтобы на нем явились дела Божии" (Ин. 9, 3). И все же большая часть болезней признаются в христианстве последствием греха, и мыслью этой проникнуты молитвословия таинства Елеосвящения. Таинство Елеосвящения, вопреки распространенным ошибочным мнениям, это не "один из последних обрядов", открывающих человеку безопасный переход в вечность; это и не полезное "дополнение" к медицине. Оба эти взгляда ошибочны, и, следовательно, абсолютно неправильно считать, что Елеосвящение совершается только над умирающим как "последнее напутствие" и не может быть повторяемо.


Елеосвящение - таинство исцеления, потому что его цель и исполнение в истинном здоровье, оно вводит человека в жизнь Царства Божия, в "радость и мир" Святого Духа. Во Христе и через Него все в этом мире: здоровье и болезнь, радость и страдание стали путем, вхождением в эту Новую Жизнь, ибо проникнуты в сознании верующего ее ожиданием и предчувствием.


В Елеосвящении Церковь приходит к одру болящего и даже умирающего человека не восстанавливать его здоровье, не замещать медицину, когда та исчерпала свои возможности. Церковь в лице собора священников или одного священника приходит для того, чтобы ввести этого человека в Любовь, Свет и Жизнь Христа.
Она приходит не только для того, чтобы утешить его в страданиях, не только для того, чтобы помочь ему, нет - главным образом Церковь приходит для того, чтобы соделать человека учеником, исповедником, свидетелем Христа в своих страданиях, чтобы и он увидел небеса отверстые и Сына Человеческого одесную Бога Отца.
В таинстве Елеосвящения Церковь вводит человека, очищенного от грехов ведомых и неведомых, в воскрешенную жизнь Христа, в радость и мир в Духе Святом, в Невечерний день Царствия Божия. Во Христе само страдание, умирание, сама смерть стали созиданием жизни, ибо Он наполнил ее Собой, Своей Любовью и Светом. В Нем "все ваше... или мир, или жизнь, или смерть, или настоящее, или будущее, - все ваше; Вы же - Христовы, а Христос - Божий" (1 Кор. 3, 21-23).
Елей (масло) занимает в природе особое место, обладая особым, целым набором свойств, отличающих его от других веществ естественного происхождения. Он текуч, влажен, всепроникающ, и горюч. При этом он не похож на воду: легче ее и потому никогда с ней не смешивается, а поднимается над ней и усмиряет волнение морское. Огонь, питаемый елеем, дает тихий свет, а в живых телах поддерживает жизненное начало, действует смягчающе, утоляющим страдания образом.
В духовной сфере его можно уподобить кротости, умиротворению, любви, которая, распространяясь, проникает и очищает, дает свет умный. Как елей не подавляется, не смешивается с инородной влагой, но освобождаясь восходит над нею, так и любовь истинная не подавляется земным, но возвышается к духовному, вечному и пламенеет перед Богом.
.В древнем Израиле целебные свойства масла также были хорошо известны. В книге Левит елей представляется как одно из средств очищения прокаженных (Лев. 14, 15 - 18). Пророк Исаия, сравнивая нравственное состояние Израиля, уклонившегося от Бога, с состоянием физически больного человека, говорит: "Вся голова в язвах, и все сердце исчахло. От подошвы ноги до темени головы нет у него здорового места: язвы, пятна, гноящиеся раны, неочищенные и необвязанные, и не смягченные елеем" (Ис. 1, 5-6).


В Новом Завете ту же самую мысль засвидетельствовал Спаситель в притче о милосердном самарянине, который возлил елей и вино на раны встреченного им по дороге избитого человека.
Это помазание еще не имело сакраментального значения, хотя, по-видимому, и сопровождалось молитвою. Лишь после Пятидесятницы, когда апостолы приняли Духа Святого, помазание елеем, совершаемое ими, обрело значение таинства, вводящего в Жизнь Вечную во Иисусе Христе. "Елей - образ Божия милосердия и сострадания", - говорит св. Симеон, архиепископ Солунский.


Благодать Елеосвящения приносит человеку освящение тела и души для вечного служения Богу, по Его всеблагому Смотрению: еще на земле или по разлучении души с телом. Помазанный святым елеем христианин достигает всецелого посвящения себя Богу и приуготовляется, подобно мудрым девам из притчи Христовой, к сретению Жениха Небесного, с возжженными светильниками.
Елеосвящение совершается над лицами православного исповедания старше семи лет, страдающими телесными или душевными болезнями. Под последними можно понимать и тяжелое духовное состояние: уныние, скорбь, отчаяние, ибо причиной их могут быть нераскаянные грехи, быть может, даже не осознаваемые самим человеком. Следовательно, таинство может быть преподано и физически здоровым людям. По традиции такое общее Соборование обычно совершают на Крестопоклонной или на Страстной седмице в навечерии Великого четверга или Великой субботы.
Св. Димитрий Ростовский (1651 - 1709) свидетельствует, что и в его время общее Соборование совершалось "по обычаю... а не по писанному преданию".
Однако для совершения Елеосвящения в остальные дни над физически здоровыми людьми следует получить благословение епархиального архиерея. Таинство обычно совершается в храме, но при невозможности доставить тяжело болящего, может быть преподано и на дому. Допускается совершение Елеосвящения одновременно над несколькими больными за одним чинопоследованием одним елеем.


Брак есть единственное из семи христианских таинств, которое ведет свое начало от времен ветхозаветных. Согласно (Быт 2:18), целью брака является не столько деторождение, сколько духовно-телесное единство, взаимодополнение, взаимопомощь. Заповедь «плодитесь и размножайтесь» относится и к человеку, и к другим живым существам (Быт 1:22,28), но только человеку заповедано составить в любви «одну плоть» (Быт 2:24). ВЕНЧАНИЕ - совершение таинства брака, в котором жених и невеста перед священником и Церковью дают свободное обещание взаимной супружеской верности и союз их благословляется. Таинство брака совершается среди церкви перед аналоем, на котором находятся Крест и Евангелие, и при этом бывает сначала обручение, а вслед за ним венчание. Во время обручения жених становится по правую сторону, а невеста — по левую. Священник трижды благословляет их зажженными свечами и дает им в руки эти свечи как знаки супружеской любви, благословленной Господом. После молений к Богу о даровании всяких благ и милостей обручаемым, о благословении их обручения, о соединении и сохранении их в мире и единомыслии священник благословляет и обручает их кольцами, заранее положенными на престол для освящения. Жених и невеста принимают эти кольца как священный залог и знак нерушимости того супружеского союза, в который они хотят вступить. За обручением следует венчание. При этом священник молит Господа благословить брак и ниспослать на вступающих в него Свою небесную благодать. Как видимый знак этой благодати он возлагает на них венцы, а потом трижды благословляет их обоих вместе, произнося: «Господи, Боже наш, славою и честию венчай я (их. — Ред.)». В читаемом послании ап. Павла говорится о важности таинства брака и о взаимных обязанностях мужа и жены, а в Евангелии — о присутствии Самого Господа на браке в городе Кане. Сочетающиеся браком пьют вино из одной подаваемой им чаши в знак того, что с этих пор они должны жить единодушно, деля вместе и радость и горе. Троекратное же хождение их вслед за священником вокруг аналоя служит знаком духовной радости и торжества.


Диакон Андрей Кураев: Таинством является любая семья. Более того, в каком-то смысле половое общение как таковое является таинством (таинством не в церковном смысле благодатного благословения, а в смысле загадочности, непостижимости): здесь двое сливаются в одну плоть, здесь происходит преодоление самозамкнутости и чудо зачатия, рождения новой жизни.
Однако, у слова "таинство" есть и иное, собственно церковное значение: таинство как особое действие Бога через Церковь в мире. Это действие не ограничивается храмом и храмовым обрядом. Благодать Божия содействует укреплению семьи и в те годы, которые следуют за минутами церковного венчания. Поэтому таинством является не только то, что происходит во время венчания, но вся жизнь этой семьи есть таинство брака.
О высоком значении брака свидетельствует то, что в Библии брачный союз символизирует отношение Бога к народу, Христа к Церкви (Ос; Еф 5:22). Христос Спаситель подтверждает святость брака, установленную в Ветхом Завете (Мф 19:3).


В идеале христианский брак нерасторжим; расторжение его стало возможным лишь как уступка «жестокосердию» людей (Мф 5:31-32; 19:3-12).
«Бог есть любовь», — свидетельствует апостол Иоанн Богослов (1 Ин.4,8). Поэтому само христианство — религия жертвенной любви, у которой два пути: либо посвятить себя Богу и оставить мир, чтобы молиться о нем, либо, пребывая в миру, хранить благословенное супружество, чтя Божию заповедь: «и сказал им Бог: плодитесь и размножайтесь, и наполняйте землю, и обладайте ею» (Быт.1,28). И дал Бог обетование грядущему человечеству, что «семя жены сотрет главу змия» (Быт.3,15), прозревая чрез тысячелетия скромный лик Пречистой Девы из дома Иоакима и Анны.
И вот свершилось Боговочеловечение. Первое, что сделал Спаситель, выйдя на путь служения — благословил брачную чету в Кане Галилейской. По церковному преданию это была свадьба Симона Кананита, который был потрясен произошедшем чудом — претворением воды в прекрасное вино. «Вот Он, обетованный Богом, долгожданный Мессия!» — открылось ему в тот день.


С тех пор каждый брак совершается по благословению Церкви, Главой которой является Сам Господь. Более того, христианский брак созидает свою незримую малую церковь, главой которой является муж, предстоящий пред Господом за всех своих домочадцев. Каждое наше молитвенное воздыхание известно Богу. Надобно только уметь дать место Божией заботе о нас и не забывать — «что посеет человек, то и пожнет: сеющий в плоть свою от плоти пожнет тление, а сеющий в дух от духа пожнет жизнь вечную» (Гал.6,7-8).
 Известен такой разговор между преподобным Серафимом Саровским и благоустроителем Дивеевской обители Николаем Александровичем Мотовиловым, состоявшийся в октябре 1831 года.
Мотовилов поведал старцу свою сокровенную тайну. Уже более десяти лет, как сердце его было отдано благочестивой девице Екатерине Михайловне Языковой. Но брак никак не устраивался, что необыкновенно печалило Николая Александровича, так как в образе своей первой любви он нашел для себя подлинно христианский идеал самоотверженного женского сердца и не думал искать или желать для себя никого другого.
Преподобный Серафим выслушал его со вниманием, расспрашивая обо всем подробно. И неожиданно поведал Мотовилову, что та невеста, которая преднаречена ему от Бога, сейчас еще мала, ей всего лишь чуть более восьми лет. И далее старец открыл пред изумленным Николаем Александровичем те обстоятельства, которые будут служить их знакомству в будущем и дальнейшему счастливому браку.


"Ведь иное, ваше Боголюбие, просить Господа Бога, чтоб Он преднарек кому невесту, как вот вы, например, просите теперь, чтобы я, убогий, упросил Господа, чтоб Он вам преднарек в невесты Языкову, — а иное, когда Господь уже Сам кому какую невесту преднарещи соблагоизволил, как вот, например, для вашего Боголюбия. Невесте вашей теперь не более восьми лет и трех-четырех или пяти месяцев. Уж это, поверьте, в точности верно, и сам я, убогий Серафим, вам в том свидетельствовать готов... Не о теперешнем времени я вам говорю, а о грядущем. Ведь я вам сказал, что жизнь велика, и в жизни многое случается. Так вот как с вами вперед случится, что вас станут укорять за какую-нибудь девушку, а ее поносить за вас, то вот тогда-то не забудьте просьбы и мольбы убогого Серафима — женитесь на девушке этой!"
"И Батюшка в третий раз поклонился мне, грешному, до лица земли, а я опять упал ему в ноги.
Вставши и прямо глядя мне в глаза, отец Серафим стал зорко в меня всматриваться и, как бы заглянув мне в самую душу, спросил:
— Ну что же, батюшка, исполните вы просьбу убогого Серафима?
И я сказал:
– Если Бог удостоит исполнить, то постараюсь сделать, как вы желаете!
— Ну, — сказал отец Серафим, — благодарю вас! Не забудьте же эту девушку!... А она, скажу вам я, убогий Серафим, она, как ангел Божий и по душе, и по плоти..
Потом, помолчав некоторое время и всматриваясь в меня проницательно и как бы насквозь пронизывая меня своим взором, он добавил:
— Но, может быть, вы смутитесь, когда я вам скажу ее звание?.. Она — простая крестьянка!.. Но не смущайтесь сим, ваше Боголюбие: она и по праотцу нашему Адаму, и по Господе нашем Иисусе Христе сущая вам сестра!
Тут Батюшка стал говорить о том, как нам жить с будущей моей женой, и беседу свою завершил повторением просьбы своей, умоляя не забывать ни просьбы своей, ни беседы, а затем отпустил с миром, ничего уже не говоря о Языковой...
...В указанное время Мотовилов не имел еще никакого понятия ни о Дивееве, ни о той роли, которую с течением времени он должен был играть в судьбах этого последнего на земле жребия Царицы Небесной.
Восьмилетняя в то время девочка Елена Милюкова еще того менее могла подозревать, что когда-нибудь выйдет замуж, да еще за богатого дворянина, который в будущем не постоит ни перед чем, чтобы исполнить завет своего Батюшки, и в мирском облике станет тем служкой Божией Матери и Серафимовым, каким он стал по дивному смотрению Божиему впоследствии» (Николай Александрович Мотовилов и Дивеевская обитель. Издание Свято-Троице-Серафимо-Дивеевского женского монастыря,1999, с.42,45-46,48.)


Раз браки совершаются на небесах, значит надо учиться слышать волю Божию о себе, которая христианину открывается через молитвенную жизнь его сердца, обращенного к Богу.
 Когда вопрос о браке решается людьми церковными, то необходимо благословение духового отца или приходского священника, у которого жених и невеста исповедуются обычно.
Послушание духовнику помогает избежать тех ошибок, которые так часто совершаются из-за отсутствия жизненного и духовного опыта.
Для церковного венчания жениху и невесте необходимо выбрать день для совершения таинства венчания и предварительно договориться со священником. Надо знать, что браковенчание совершается в особые, установленные церковью, дни - в понедельник, среду, пятницу и воскресенье. Исключение составляет дни накануне двунадесятых, храмовых и великих праздников. А также в продолжение всех постов: Великого, Петрова, Успенского и Рождественского.
В продолжение Святок - от 7 января до 20 января, во время Масленицы, а также в течение Светлой седмицы; накануне и в день памяти Усекновения главы Иоанна Предтечи - 11 сентября; накануне и в праздник Воздвижения Креста Господня - 27 сентября.


Само венчание является отдельной службой, совершаемой в церкви после литургии. В тот же день или накануне жених и невеста приобщаются Святых Христовых Тайн с тем, чтобы приступить к таинству венчания в чистоте духовной.
“Наша Божественная Литургия, и в особенности Евхаристия есть величайшее и постоянное откровение нам любви Божией! – свидетельствует пастырь Божий святой праведный Иоанн Кронштадтский.
Для жениха и невесты, готовящихся к созданию новой семьи, пребывание на Божественной службе, особенно в такой для них день, самое лучшее духовное укрепление. Ведь Сам Господь принимает их на своем брачном пиру, которым является Святая Евхаристия. Не случайно в Евангелии Царство Небесное не единожды уподобляется браку и брачному пиру.
Таинство венчания предваряется обручением жениха и невесты. В старину оно совершалось отдельно от венчания и являлось испытанием верности и любви, залогом которых являлись обручальные кольца. В древней Церкви епископ, совершая обручальное благословение, возносил такое молитвенное благопожелание:
“Благослови, Господи, кольцо это... ибо как оно венчает палец человека... так и благодать Святого Духа пусть окружает жениха и невесту, чтобы они видели сыновей и дочерей до третьего и четвертого рода, которые да восхвалят имя Твое”.


Митрополит Антоний Сурожский так описывает происхождение доверительного обмена кольцами между женихом и невестой во время обручения:
“В древности люди часто не умели писать, а только могли удостоверить письмо или документ печатью; и решающую роль играло то кольцо, на котором была личная печать. Документ, запечатленный этим кольцом, был неоспорим. Вот это кольцо и упоминается в службе обручения. Когда человек давал кольцо другому, это означало, что он ему доверяет безоговорочно, что он ему доверяет свою жизнь, свою честь, свое имущество — все. И вот когда венчающиеся обмениваются кольцами (я говорю именно обмениваются, потому что каждый из них сначала надевает кольцо и затем три раза его передает своему супругу, раньше, чем оставить на своей руке) — когда супруги обмениваются кольцами, они как бы говорят друг другу: “Я тебе доверяю безусловно, я тебе доверяю во всем, я с е б я доверяю тебе...” (Митрополит Антоний Сурожский. Таинство любви. Беседа о христианском браке. СПб., 1999,с.29-30.)
Таким образом, кольца свидетельствуют о нерасторжимости брачного союза. Эта заповедь всегда пребывала в сердцах тех, кто строил свое семейное счастье с молитвою ко Господу, а не по человеческим мудрованиям.
В прежние времена кольцо жениха было золотым в знак того, что он, как солнце, должен светить своей жене светом благоразумия и благочестия. Кольцо у невесты — серебряное, подобно луне, которая заимствует свой свет от мужа и должна покоряться ему.


Также кольцо жениха может быть медным, что соответствует желтому цвету, а у невесты — оловянным, в напоминание белого цвета. (Священник А.В.Рождественский. “Семья православного христианина”,1994,с.114)
Перед началом обручения священник вручает новобрачным горящие свечи, называемые венчальными, которые не гасятся в продолжение всего времени венчания. Они символизируют чистоту брака по слову Евангелия: “А поступающий по правде идет к свету, дабы явны были дела его, потому что они в Боге соделаны”(Ин.3.21).
Таким образом, жених и невеста, “как чада света”, по слову апостола Павла (Эф.5,8), свидетельствуют всем, что они чисты и целомудренны пред Богом. Пламень свечей озаряет начало новой жизни, где свет — источник Божией святости. Союз о Господе обязательно привлекает к себе благодать Божию. “Где двое или трое собраны во имя Мое, там и Я посреди них” (Мф.18,20).


Когда священник совершает каждение жениха и невесты, стоящих с возжженными свечами в храме, Церковь возносит молитвы, испрашивая у Бога мир, необходимый новобрачным, молится о ниспослании им совершенной любви и помощи, благодати для непорочного жительства, ибо только Единый Бог дарует брак честен и ложе нескверное. Молит Церковь об избавлении от всякия скорби, гнева и нужды, обращается ко Преблагословенной Владычице Пресвятой Богородице о заступничестве и спасении.
Затем священник трижды крестообразно благословляет сначала жениха, а затем невесту кольцами, которые были освящены на святом престоле этой церкви.
Первый шаг соединения жениха и невесты священник сопровождает словами: ”Обручается раб Божий (называется имя жениха) рабе Божией (называет имя невесты) во имя Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь”. А потом обращается к невесте с теми же словами: “Обручается раба Божия (называет ее имя) рабу Божьему (называет его имя) во имя Отца и Сына и Святаго Духа, ныне и присно и во веки веков. Аминь”.
Супружеский союз несет в себе залог единства и вечности. Кольца надеваются на персты правых рук, знаменуя благословение на всякое доброе дело — “...и десница раб Твоих благословится” — говорит текст молитвы, читаемой священником после обручения. Кольца свидетельствуют о благодатной помощи в сохранении супружеской любви, немеркнущей благодаря Божией милости.


С пением псалма царя Давида “Блаженны все боящиеся Господа...” жених и невеста с возжженными свечами выходят на середину храма и становятся пред аналоем, на котором лежат Святое Евангелие и крест Христов. Этим Церковь показывает, что во всех путях своей жизни, во всех начинаниях, супруги должны следовать евангельским заповедям. А Крест Христа Спасителя должен укреплять их духовно в несении собственного креста, заповеданного Господом всем христианам.
Под ногами новобрачных белое полотенце или белая ткань — символ единства и радости нераздельного жительства в супружестве. Как и подвенечное платье невесты, эта белоснежная ткань говорит о чистоте и целомудрии вступающих в брак, о том, что их мысли, чувства и дела так же безупречны по отношению друг ко другу и ко Господу.
Когда смолкнут церковные песнопения и в храме станет тихо, священник обращает к жениху и невесте поучительное слово Церкви, которое приготовляет их к произнесению брачных обетов.
Обеты даются верующими или в благодарность Господу за оказанную небесную помощь, или при молитве о помощи Божией. Нарушение обетов, данных Богу, составляет грех против третьей заповеди Закона Божия: “Не произноси имени Господа, Бога твоего, напрасно”.


Поэтому прежде, чем будут произнесены обеты, священник вопрошает новобрачных, начиная с жениха: “Имеешь ли (называет его имя) произволение благое и непринужденное и крепкую мысль взять себе в жены ( называет имя невесты)...” Согласие жениха свидетельствует, что отныне он готов взять на свои плечи всю ответственность за свою семью и будет заботиться и о жене, и о детях, которыми Господь благословит их союз, отныне он сознает себя главой семьи по образу Христа, являющегося Главой Церкви, по неизреченной любви к которой взошедшего на Голгофский Крест.
И следующий вопрос священника: “Не обещался ли иной невесте?” Отрицательный ответ жениха свидетельствует о его благоразумии и чистой совести, верности и готовности быть домостроителем своей семьи, как служитель Христов и домостроитель Таин Божиих (1 Кор.4,1-2): “От домостроителей же требуется, чтобы каждый оказался верным”.
Те же вопросы предлагает священник и невесте: “Имеешь ли произволение благое и непринужденное, и твердую мысль, взяти себе в мужа сего (имя жениха)...” Своим ответом невеста свидетельствует, что ей известно призвание жены и матери и она готова быть верной помощницей мужу, любящей супругой и добродетельной матерью по слову премудрого Соломона: "Кто найдет добродетельную жену? Цена ее выше жемчугов; уверенно в ней сердце мужа ее, и он не останется без прибытка; она воздает ему добром, а не злом, во все дни жизни своей” (Прит. 31,10-11).
Ответы невесты: “Имею, честный отче”, “Не обещалась, честный отче” также свидетельствуют о ее благонравии и благочестии, готовности быть мужу и детям надежной опорой в жизни.
Брачные обеты жениха и невесты подтверждают пред Богом и Церковью добровольность и нерушимость их намерений. В христианском браке такое свидетельство является главным условием для признания жениха и невесты — мужем и женой.
 Когда женихом и невестой произнесены брачные обеты священник приступает к совершению таинства венчания. Как любое церковное действие оно начинается с молитвенного прошения, призывающего благословение и милость Божию на всех молящихся.
 
В следующей молитве священник молит Господа сохранить брачующихся, как сохранены были в ковчеге Ной и вся его семья, как чудесно спасся Иона во чреве китовом и три отрока в пещи Вавилонской обрели в огне небесную прохладу.
Возносится ко Господу и особое прошение о родителях, чьи молитвы “утверждают основания домов” (Сир.3,9).
И вот наступает тайносовершительная минута, когда священник возлагает на благословенную чету венцы — знамение царской власти.
Священник, взяв венец, знаменует им крестообразно жениха и дает ему целовать образ Спасителя, прикрепленный к передней части венца и освящающий его. Венчая жениха, священник произносит: “Венчается раб Божий (называет его имя) рабе Божией (называет имя невесты) во имя Отца и Сына и Святаго Духа”.
Благословив таким же образом невесту и дав ей приложиться к образу Пресвятой Богородицы, украшающему ее венец, священник венчает ее, произнося: “Венчается раба Божия (имя невесты) рабу Божию (имя жениха) во имя Отца и Сына и Святаго Духа”.
Возложением венцов Церковь воздает жениху и невесте особую честь за духовный подвиг соблюдения целомудрия до брака.
При возгласе священника: “Господи Боже наш, славою и честию венчай я (их)”, — свершается таинство брака. Церковь провозглашает венчающихся родоначальниками новой христианской семьи – малой церкви. Церковное благословение знаменует вечность и нерасторжимость рожденного союза: “Что Бог сочетал, того человек да не разлучает” (Мф.19,6).
 Когда священник возлагает венцы на главу жениха и невесты, то принимают и держат их восприемники, или свидетели. За невестой стоит ее подруга, а за женихом — друг. Они являются молитвенными хранителями этого брака, духовными наставниками, поэтому “должны быть православными и боголюбивыми” (Сочинение блаженного Симеона, архиепископа Фессалоникийского, 1856,СПб,с.357.).


 После чтения Евангелия Церковь вновь возносит свои молитвы о новобрачных. Затем священник приносит чашу с вином и, благословив ее, подает новобрачным. Жених и невеста поочередно пьют из нее во ознаменование отныне их нераздельного бытия, как духовного, так и телесного, а также во свидетельство их единения в благомыслии о Боге.
 Затем священник соединяет правые руки супругов в знак их единения во Христе и покрывает их концом епитрахили, что символизирует вручение мужу чрез руки священника жены от Самой Церкви. Далее он, держа в руках крест, трижды обводит их вокруг аналоя, на котором лежит Евангелие. Круг во все времена служил знаком вечности, потому хождение вокруг аналоя символизирует нерасторжимость заключенного союза. Оно совершается трижды во славу Святой Троицы.
Следуя за священником, новобрачные поют церковные тропари, смысл которых открывает сокровенное значение их брака как единение во Христе для служения Богу.
“Исае ликуй, Дева име во чреве, и роди сына Эммануила, Бога же и человека, восток имя Ему: Его же величающе, Деву ублажаем”.


Церковный брак нерасторжим, за исключением случаев смерти одного из супругов или вины прелюбодеяния. Об этом нам свидетельствует Священное Писание:
«Жена связана законом, доколе жив муж ее; если же муж ее умрет, свободна выйти, за кого хочет, только в Господе» (1 Кор.7,39).
«Они уже не двое, но одна плоть. Итак, что Бог сочетал, того человек да не разлучает»
(Мф. 19,6).
«Безбрачным же и вдовам говорю: хорошо им оставаться, как Я; но если не могут воздержаться, пусть вступают в брак; ибо лучше вступить в брак, нежели разжигаться» (1 Кор.7,8-9).
«А Я говорю вам: кто разводится с женою своею, кроме вины любодеяния, тот подает ей повод прелюбодействовать; и кто женится на разведенной, тот прелюбодействует» (Мф.5,32).
Православная Церковь считает гражданский брак лишенным благодати как человеческое устроение, но как факт признает и не считает его незаконным блудным сожительством. Однако условия заключения брака по гражданскому законодательству и по церковным канонам имеют различия. Не всякий гражданский брак может быть освящен Церковью.
Церковь не допускает вступление в брак более трех раз, тогда как по гражданскому законодательству разрешен четвертый и пятый брак, которые Церковь не благословляет.
Венчание невозможно, если кто-либо из супругов не крещен и не собирается принять крещение перед венчанием или пришел на венчание по чужой воле.


Венчание невозможно, если один из супругов фактически состоит в браке с другим лицом. Для этого необходимо расторжение гражданского брака, а если брак был церковный, обязательно взять разрешение архиерея на расторжение его и благословение на вступление в новый брак.
Препятствием к совершению браковенчания является кровное или духовное родство жениха и невесты. Если они являются восприемниками при крещении одного человека, то их брак не может быть благословлен Церковью. 
Священство есть таинство, в котором через святительское рукоположение на правильно избранного нисходит Святой Дух и поставляет его совершать таинства и пасти стадо Христово (Православный катихизис).
Все таинства значительны, конечно, тем не менее, всякое Таинство имеет всегда конкретное обращение к какому-нибудь человеку для его спасения. В крещении или венчании, соборовании или покаянии, каждый раз имеется в виду польза отдельного человека, благодатный дар, который необходим для его спасения. Хиротония же имеет главным образом целью не освящение данного человека для его спасения, а посвящение его для служения Церкви, для служения спасения других людей.


Священник - не просто проповедник, не просто человек, которому люди исповедуются, не просто общественная фигура, но прежде всего лицо, которое предстоит Богу в молитве - в молитве не только за себя, но и за людей. Человек, принявший священный сан, является тем, через кого люди слышат голос Христа. Игумен Иларион (Алфеев)
Личные человеческие немощи не могут отнять благодати рукоположения. Во время совершения Таинств - священник является лишь орудием в руках Божиих. Какой бы ни был батюшка грешный, только через него мы можем получить разрешение от наших собственных грехов. Св. Серафим Вырицкий


Архиерей объявляет, всенародно имя хиротонисуемого и степень, на которую он возводится, и приглашает всех верующих к сугубой молитве о рукополагаемом. После чего епископ читает 2 молитвы. Первая – о достоинстве; вторая – о служении – изображает образ пастырского деяния: продолжение благого, благословенного, Богочеловеческого домостроительства (икономии), спасения людей в Церкви, совершаемого благодатью Христовой через пастыря, и указывает 5 благодатных сил, 5 действований в Священстве:
1) предстоять Жертвеннику Искупителя, отдав свою собственную жизнь как жертву;
2) проповедовать Евангелие Царствия Божия, утверждая веру в Господа нашего Иисуса Христа как истинного Судию и Спасителя миру;
3) благовествовать Божественную истину и правду Христову, собственным примером являя ее во всех случаях и обстоятельствах жизни;
4) приносить дары и жертвы духовные, совершать Литургию – бескровную жертву славословия и благодарения Божия;
5) являть миру Божие отцовство, крестить водой, Духом Святым и пламенем Веры во имя Пресвятой Троицы, рождать людей в новую жизнь, служить их духовному росту.
После прочтения молитв Архиерей подает рукоположенному священнику одежду – епитрахиль, пояс и фелонь и вручает ему служебник (руководство для совершения священнодействия).
Епитрахиль, по видению Иоана. Златоуста, знаменует духовное помазание. Пояс, который стягивает подризник (дьяконский стихарь) означает духовную готовность и способность к Богослужению. Фелонь (риза) – одежда правды и радости (Пс. 131, 9, 16). Целование Архимандрита и всех служителей «в рамена» выражает приветствие новопоставленного при вступлении в чин иерейский и союз апостольской любви.


Внешняя сторона – возложение рук архиерея на главу посвящаемого и молитвенное призывание Святаго Духа. Внутренняя – особая благодать священства. Она наделяет избранного духовной силой и властью учить, священнодействовать и управлять паствой.
Ин. Златоуст: «Возлагает руку человек, а все делает Бог, и Его -то рука касается главы рукополагаемого, если рукополагается как должно».
Гр. Нисский: «Поставляемый в Священники, по внешнему виду остается прежним человеком, но по душе преобразуется он на лучшее невидимой некоей силою и благодатью».
Хиротония совершается по соборной молитве Церкви, поэтому происходит в алтаре во время Литургии, которая является высшим выражением соборности Церкви, объединением верующих в общем молитвенном обращении к Богу.


От  момента хиротонии  начинается не жизнь, а житие; не деятельность, а служение; не разговоры, а проповедь; не немощь долголетнего расслабленного, а дерзание друга Христова, «забвение задняго и простирание вперед» (Флп. 3, 13), царство благодати, вечности и распятия Христу.

Мария Пронина
01.09.2011

Оставьте свой отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения *

*

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago@cofe.ru