Непридуманные рассказы


«Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем» (1 Ин. 4, 16).


Весна 2005 года.
- ...Ты представляешь, нас хотели поссорить! - тарахтела моя крестница Диана, дрожа от возмущения. - Нет, ну какая наглость! И чего ей надо?!
- Кто она? Кого нас? Скажи толком! - пытаюсь перекрыть этот фонтан эмоций.
(Когда выдавался свободный часок, я забегала к Диане в парк, на ее «рабочее место». Здесь, на главной аллее, издали видна «биржа нянь», человек пятнадцать женщин разного возраста, выгуливающих своих воспитанников. И каждый раз на меня обрушивался примерно такой же словесный поток. Только причины были разные: то «жизнь эта в горле сидит», то «мало платят», то «ребенок до ручки довел». На этот раз было что-то новенькое).
 - ...Да есть тут одна, тоже с ребенком ходит. И по ходу дела воду мутит... Я подружилась с одной классной девчонкой - Элиз, азербайджанкой из Баку. А Ленка, видно, завидует: как, мол, армянка с азербайджанкой дружить могут после всего того, что было в Сумгаите. Мне на Элиз гадость плетет, а Элиз - насчет меня что-то врет. Только ни Элиз, ни я на это дело не клюнули. Мне Элиз как сестра. А что какие-то азербайджанцы армян резали - то Бог им судья. У меня лично к Элиз претензий нет.
- Как Элиз попала сюда?
- Да это целая история! Элиз здесь замужем за грузином. Его Деметре зовут. Он кандидат наук. Не то физик, не то математик. Не помню точно, но что-то заумное. Хорошие деньги делает... Верующий, с бородой ходит. Каждое воскресение в Сиони (1) детей причащает.
Да вот и сама Элиз идет! - и указала на приближающуюся молодую маму с коляской. - Ей двадцать пять лет. Видишь, в коляске Мате сидит, а рядом Лука идет... Имена-то какие детям дали, Евангельские!..
...Когда у меня были дома проблемы, пришла я к Элиз вся в слезах. Она на меня смотрит, сама чуть не плачет, предлагает мне: «Оставайся у нас, пока у тебя все наладится!» Тут ее муж вышел, выяснил, в чем дело, и говорит: «Давай, Элиз, о Диане помолимся, чтобы у нее все проблемы разрешились!»
И что ты думаешь, встали они на колени перед иконами, Деметре вслух какую-то грузинскую молитву читает, Элиз кланяется... Я стою и смотрю на них... Стало мне как-то невыразимо грустно. Два таких разных человека обо мне, грешнице, молятся. Я ведь тоже с тобой раньше в церковь ходила, потом бросила. Помнишь?
(Еще бы не помнить! В 1995 году, когда я преподавала в ПТУ никому не нужную спецтехнологию прядильных машин, Диана, моя ученица, преподнесла мне «сюрприз»:
- Хочу ходить в ту церковь, куда вы ходите!
За этим заявлением последовало миропомазание - присоединение к Православию, на которое она явилась со списком грехов на двух листах.
Священник, добрых пять минут читавший эту хартию, посоветовал:
- Сожги и больше не повторяй!
- Сжечь и в Куру бросить? - совершенно серьезно уточнила новоиспеченная Дарья.
- Это тебе не колдовство какое-нибудь, чтоб в Куру бросать! - рассмеялся батюшка.
Потом было первое Причастие, после которого Дарья выскочила в притвор восторженная и сияющая:
- Ух как здорово! У меня сейчас настроение такое... такое... Не могу описать!.. Если меня сейчас кто матом обложит, я ему ничего не отвечу!..
Потом были первые уроки смирения в церкви.
- Ой, я чего видела! Сегодня на службе одна женщина подскочила к отцу Филарету и пощечину ему дала! При всех! Люди остолбенели. А она кричит: «Где моя поминальница?» Он, как ни в чем не бывало, говорит: «Сейчас пойду посмотрю». Потом она, когда остыла, на колени перед ним встала, извинялась. Отец Филарет ее поднял, успокаивает: «Ничего, со всяким бывает». Какие нервы у человека!..
Затем уныние, тоска и попытки отца Филарета удержать ее в Церкви.
-...Я плакала, ему все рассказывала, как я устала от всего, с пятнадцати лет на улице, не знаю, за что схватиться, а он меня слушал, успокаивал и своей рясой мои слезы вытирал...
Потом Диана и вовсе отошла от Церкви.
-...Молюсь, молюсь, а толку нет. Ничего в моей жизни не меняется... И бабки здесь какие противные, только и могут замечания делать. У баптистов и то веселее...
Долго еще отец Филарет ходил к ней на рабочее место - в будку на Навтлугском базаре, где она была продавщицей ширпотреба.
- ...Приходит, стучит мне в форточку, улыбается: «Дарьюшка, как ты тут?» Потом зайдет, сидит, со мной разговаривает о матери, о работе. Я ему еще записки с грехами писала, чтоб он потом разрешительную молитву прочел... Весь базар на меня пальцем показывает: Диане какая честь - священник в будку ходит!..
Отцу Филарету в то время было за семьдесят лет. Как только силы после службы и многочисленных исповедей находил - непонятно…).
Диана тем временем продолжала.
- Неудобно было там оставаться жить, все-таки семья, свекровь. Стала я уходить - Элиз мне деньги пихает: «Возьми, - говорит, - тебе сейчас очень трудно. Вечно ты полуголодная ходишь». Не в деньгах дело, а в душе. Не хотела я брать. Элиз свое твердит: «У меня муж есть, а у тебя нет, да еще ты как ишак работаешь - на двух работах разрываешься плюс мать и брат на шее. Бери - не крути мозги!»
Тут как раз подкатила Элиз с коляской, и мы познакомились. Диана взяла своего воспитанника и Луку и повела их на качели…
Слово за слово Элиз разговорилась и рассказала, как она попала в Грузию.
- ...Деметре приехал в Баку в командировку на год и познакомился со мной. Начал мне звонить. Моя мама ругалась и бросала ему в трубку: «Здесь такой нет!» Потом кричала на меня: «Что хочет этот гурджи (грузин - турецк.)?! Тебе что, своих азербайджанцев не хватает?» Мы продолжали встречаться. Дома были скандалы: «Мне гяура («неверного», т.е. немусульманина - турецк.) зятя не надо! Я тебя из дома выгоню!» Так от этого всего устала, что ушла к Деметре. Жили мы пока без загса. Он, кстати, тогда еще не был таким верующим... Потом встал вопрос об отъезде в Грузию. Я уже была три месяца беременная. Позвонила сестре - попрощаться. Та мне устроила встречу с матерью и другими сестрами. Деметре боялся пускать меня на это свидание:
- Вдруг они начнут тебя бить, и мы потеряем нашего ребенка.
- Ну что ты, - успокаиваю его, - они же не дикие.
Он опять за свое:
- Я пойду с тобой и где-нибудь в кустах спрячусь. Если что не так, выскочу к тебе на помощь.
Еле-еле отговорила его от этой затеи. К тому же он у меня не Рембо - худенький, ростом чуть повыше меня.
В общем, сидели мы в парке на скамейке, разговаривали. Мама плакала, отговаривала меня ехать:
- В Грузии света нет, газ постоянно отключают. Как ты там будешь? Живите уж лучше здесь, в Баку.
- Это же его родина, там его мать. Кто за ней посмотрит? - объясняла я.
- А вдруг она не примет тебя как невестку?
Мне хоть и самой было страшновато об этом думать, но я как могла защищалась.
- Мой муж ее любит, и я ее буду любить и уважать. У нас все получится.
Деметре с нетерпением ждал меня дома и встретил вопросом:
- Ну как? Все мирно?
Узнав, что «в Багдаде все спокойно», на другой день пошел к моей матери с этим, как его, «официальным визитом». Мне утром говорит: «Ты мне только не мешай, Элиз, я ведь в первый раз к тебе домой иду». Купил цветной телевизор, всякие сладости и потянулся было за шампанским, да я его дернула:
- Забыл, что мы мусульмане? Алкоголь нельзя.
Встреча прошла спокойно. Моя мать явно такого визита не ожидала и заметно успокоилась. Стала его чаем поить. Деметре пьет, не отказывается. Потом мне сказал: «Я, наверно, в жизни столько чая подряд не пил».
В общем, отправились мы в Грузию. Ехала я со страхом - как там меня примут.
Свекровь встретила меня спокойно, хотя без особой радости. Конечно, она хотела иметь невестку грузинку.
Постепенно я освоилась, стала учить грузинский.
Вскоре мы расписались. Родился мой первый мальчик. Деметре как-то незаметно стал верующим. Атеистом-то он никогда не был, а тут зачастил в церковь. Я сперва не понимала смысл этих походов и ругала его:
- Ты целый день работаешь. Хоть воскресенье побудь со мной! Ну что вы там в этой церкви делаете?! Можно ведь и дома помолиться.
- Дома одно, в церкви другое, - отвечал он и торопил меня с крещением сына. Я сперва колебалась, нужно оно или нет. Потом согласилась.
- А сама?
- Нет, я некрещеная и пока не собираюсь. Муж на меня не давит, он считает, что всему свое время и к вере человек должен прийти без принуждения.
Кроме того, для меня перемена веры - как предательство. И еще у нас в коране написано, что наша вера самая истинная, а кто не с нами, тот в ад попадет. Примерно то же самое сказано у вас. Мне это непонятно и неприятно. Вот я раньше намаз делала от случая к случаю. Теперь забросила. Мне Деметре молитвенник дал. Я из него выписала то, что мне понравилось - «Отче наш». Для себя на азербайджанский перевела и так читаю по утрам. Мне так понятнее. Тем более что смысл всех молитв одинаковый.
Пока я так думаю, хотя, может, со временем мое мнение изменится. Посмотрим.
- А что было дальше?
- Да ничего особенного... Луку в год крестили. Жалко, что поздно я согласилась. Зато Мате почти сразу крестили, как родился. Я даже не знала, что это так важно... И разница между ними есть. Вот каждое воскресенье Деметре их водит на Причастие: старшего за руку, младшего в «кенгуру» сажает. (Я с ними в церковь не хожу.) Так Лука каждый раз не хочет, упирается. Зато как причастится - выходит тихий, спокойный. А с Мате таких проблем нет.
- Как Деметре с ними общается?
- Он их очень любит. Мне то и дело говорит: «Элиз! Посмотри, каких нам Господь детей дал! Мы должны еще больше молиться!»
Я и так каждый день прошу Бога, чтобы Он меня вразумил, как детей правильно воспитать. Вдруг что упущу. Вся ответственность на мне, отец их редко видит... Очень хочу, чтобы они выросли хорошими людьми... Хотя у нас есть деньги, я не приучаю их к роскоши. Лука, когда что-то хочет, всегда осторожно спрашивает: «Мама, а ты можешь мне сегодня это купить?» Детей нельзя закидывать ни сладостями, ни игрушками. Когда всего много, ребенок это не ценит и не испытывает радости. А когда вдруг потеряет - у него целая трагедия. Ведь в жизни надо всегда быть готовым к тому, что сегодня деньги есть, а завтра их может не быть. Но это не катастрофа... Я Диане говорю, что хочу третьего, она удивляется: «Когда же ты будешь отдыхать и жить для себя?» А они - это и есть моя жизнь. Зачем мне отдых?
- Твоя мама к вам приезжает?
- Да, недавно была. Хотела посмотреть, как я тут живу... Познакомилась она с Тасико, моей свекровью, увидела, что все у меня нормально. А потом давай мне по-азербайджански мораль читать. Чтоб другие не поняли:
- Смотри, узнаю я, что ты с Тасико плохо - голову тебе отрежу! Ты ей чаю как можно чаще давай! Налей и на подносе ей в комнату неси!
- Захочет - сама нальет, - говорю. - Отстань от меня, мама, грузины столько чая не пьют.
- Учи ученого! - злится она. - Дело не в чае, а в уважении!
Дальше - больше, развоевалась моя Зейнаб-ханум:
- Давай, - говорит мне, - когда ты в Баку приедешь, детям обрезание сделаем!
Тут я психанула:
- Ну уж нет! Они теперь крещеные! Куда им обрезание?! И Деметре будет неприятно!
В общем, уехала мать домой надутая. А я спокойно вздохнула, когда мы ее в бакинский поезд усадили...
Тут подошла Диана с малышами после качелей и присоединилась к разговору.
- Ну как вы тут без меня? Не скучаете? - и тут же выдала «последние новости». - Маш, я тебе забыла сказать, Элиз меня по-азербайджански говорить научила! Теперь на базаре с татарками, кто зелень продает, торгуюсь только так. - И Диана тут же разыграла диалог в лицах. Прибавляя свои комментарии для доходчивости. Выходило у нее довольно лихо. В финале она снова перешла на русский. - ...Они мою речь слушают, на мои черные волосы смотрят и спрашивают:
- Ты кто? Гурджи?
- Йох, - говорю, - «нет», значит.
- Гречанка?
- Йох.
- А кто?
- Эрмени.
Те от удивления глаза таращат, головами качают, цокают, потом начинают мне киндзу, петрушку, тархун вот такими пачками в сумку запихивать.
- Возьми все! Денег не надо, - говорят.
Мы смеемся. Диана наслаждается произведенным триумфом. Но ей еще нужен заключительный аккорд. И она обращается ко мне:
- Скажи, Маш, что я талантливая.
- Да кто с тобой сравнится!
- А что, я пять языков знаю, - и загибает пальцы. - Армянский из дома - раз; русский со школы - два; грузинский с улицы - три; азербайджанский от Элиз - четыре; английский от моей хозяйки-шведки, у кого я бебиситером пахала - пять! Эх, мне только образования не хватает, а то была б я... министром иностранных дел. Не сидела бы в этом болоте.
Потом Диана переключается на Элиз.
- Ну, что вы на Пасху делали?
- Да как обычно... Свекровь яйца покрасила, потом на стол накрывали, Деметре в церковь на ночь пошел.
- А ты? - хитро улыбаясь, поглядывает на нее Диана.
- Что я? Что мне, из дома надо было уйти, раз Пасха? Ведь для всех Христос Воскресе! - отбивается Элиз. А потом неожиданно спрашивает: - А у вас есть Пасха?
Диана, даром что ростом «метр с кепкой», тут же становится в позу бойцовского петуха, руки в боки и, кажется, делается выше.
- Да мы?! Мы первые Христианство приняли! - и яростно трясет меня. - Маш, скажи, что мы первые! Не помню я все эти даты!
- В 301 году, - выдаю я данные БСЭ т. 3 ст. 92.
- Слыхала?! - у Дианы такой победоносный вид, как будто это была ее личная заслуга перед человечеством.
- Я и не знала, - пожимает плечами Элиз и без всякого желания взять реванш удивленно спрашивает: - А почему ты тогда посты не держишь?
- Я... я… - Диана теряется, но только на минутку. - Я в свое время держала! - и опять ко мне. - Маш, скажи, что я держала!
- Было такое дело.
- Вот мой муж все держит, - резюмирует Элиз.
- Да, что ни говори, повезло тебе с ним, - как-то грустно соглашается Диана.
- А ты не переживай, - отзывается Элиз, зная недосказанное. - У тебя будет не хуже. Двадцать девять лет не возраст. Мы с Деметре всегда о тебе молимся, чтобы ты нашла свое счастье.
- Да, знаю, - без особого энтузиазма отвечает «объект молитв».
Обнаружив, что уже час дня, обе заторопились по домам - кормить и укладывать малышню.


Прошел месяц или чуть больше. Делая круги с коляской по парку, Диана мне небрежно сообщает:
- За мной тут один тип ухаживает, жениться хочет. Только мне он совсем не нравится. Не мой стиль...
Когда мы с Элиз узнали о нем поподробней, да еще и увидели, то стали давить на Диану:
- Не упусти его! Соглашайся!
Та только отмахивалась:
- Да на кого он похож?! Где это видано? Первый раз замуж выходить - и без любви? Отцепитесь от меня, липучки!
К делу подключилась вся интернациональная «биржа нянь». Общий вердикт был таков:
- Не валяй дурака! Шанс два раза в дверь не стучит!


15 октября наша новобрачная на собственной свадьбе, запыхавшись после шалахо (2), говорила нам, вся светясь от радости:
- Счастливей меня, девочки, человека на свете нет. Армен меня на руках носит и все твердит: «Бог послал мне ту, которую я искал!..»
На свадьбе, конечно, были Деметре с Элиз. Элиз мы пытались соблазнить выпить за молодых, но натолкнулись на стену исламского фундаментализма: «Мне нельзя, а вы пейте». Да еще получили нахлобучку от невесты: «Что пристали к человеку?! Нельзя - значит, нельзя!»
Не считая этой заминки, во всем остальном это была типичная тбилисская свадьба с тостами на трех языках, где собравшимся нечего было делить, кроме общей радости.
Январь 2006 г.


- У меня новость! - встречает меня Диана у своих новых апартаментов. - На днях я выяснила, что Армен вовсе не Армен.
- А кто? Джеймс Бонд?
- Нашла с кем сравнить! - обиженно фыркает, но тут же светлеет лицом. - Нет, я лучше все по порядку... Я Армену на днях рассказывала, как один раз перед сном долго молилась, чтобы выйти замуж и чтобы Господь указал мне на жениха. Так вот, снится мне в ту же ночь парень и говорит: «Я Давид!» Я, как проснулась, подумала: «Сто процентов в этом году замуж выйду!» И недавно рассказала всю эту историю со сном Армену. «Вот, говорю, замуж-то я вышла, а имя не совпало!» Армен улыбается и говорит: «Давид ведь - это я». Я обалдела: полгода замужем и, выходит, не знаю за кем. «С каких это пор, говорю, ты Давидом стал? - «А с тех самых, - отвечает. - Меня крестили в Александро-Невской церкви. В Православии нет имени Армен, вот и назвали меня Давидом». - «Тогда и я не Диана, - говорю, - а Дарья. Таким именем меня к Православию присоединяли». Тут уж он удивился.
Правда ведь, хорошо совпало - Давид и Дарья!
5.06.06.


Примечания.
(1) Сионский кафедральный собор во имя Успения Божьей Матери (V-VII века). В храме находятся такие святыни, как гвоздь, которым распинали Иисуса Христа, честная глава Апостола Фомы, Крест св. равноапостольной Нины, благодатный камень преподобного Давида Гареджийского, мощи святого Георгия Победоносца и другие святыни.
(2) Шалахо - армянский танец.

Мария Сараджишвили
21.07.2006

    Совершенно замечательный рассказ!
    Мария, спасибо Вам большое!

    Большое спасибо Вам Мария!
    Хороший пример для подрожания терпения и любви в семье двух разных людей.

    Всегда с удовольствием читаю Ваши рассказы!!!
    Огромное Вам спасибо!!!

    Мария, спаси Вас Господи за чудесные рассказы! С нетерпением будем ждать еще новые рассказы. Помоги Вам Господи.

Оставьте свой отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения *

*

Непридуманные рассказы


Слово участия
 
Ученик-разгильдяй опаздывал. Его любящая бабушка села развлекать меня беседой.
Сперва говорили о тяжести современной жизни, о всеобщем безденежье. Потом перешли на нестабильность браков.
- Вот что произошло у меня на работе 25 лет назад, - вспоминала бабушка моего ученика. - Я тогда работала бухгалтером в одном учреждении. Работала под моим началом одна женщина, вела свободный образ жизни. То с одним, то с другим по ресторанам ходила. Но денег не брала, так как считала, что все это у нее происходит по любви. Было ей лет сорок. Несмотря на возраст, никак не могла успокоиться... Каким-то образом сошлась с парнем на пятнадцать лет младше себя и забеременела.
Как-то во время работы осталась я с ней один на один в комнате, она вдруг у меня спрашивает:
- Хочется мне знать твое мнение. Как ты скажешь, так и поступлю, - и рассказала подробно о своих колебаниях, оставлять ребенка или нет.
- Конечно, - отвечаю, - оставь. Раз тебя Бог хочет сделать матерью, надо ею стать.
- Но мой возраст! - возражает она мне. - И я никогда не рожала.
- Ну и что, - говорю, - это не проблема. Ты еще и внуков успеешь вырастить.
Она задумалась и согласилась. Первым делом объявила своим подружкам, которые у нее по вечерам собирались, что с этого дня все эти их сборища с сигаретами и выпивкой прекращаются. Я, говорит, должна родить здорового ребенка, и не тот у меня возраст, чтобы рисковать. Подруги сперва надулись на нее, но она на это внимания не обращала и быстро их от себя отвадила. Потом расписалась с тем парнем, чтобы у ребенка был официальный отец. И вообще очень изменилась в лучшую сторону.
Родилась прекрасная здоровая девочка. Все мы очень обрадовались. Все, кроме ее свекрови. Свекровь решила, что она этого ребенка родила специально, чтобы покрепче ее сына к себе привязать, и задумала отравить ребенка. Пришла в роддом и передала ей мазь (с ядом), чтобы смазывать грудь перед кормлением. Ребенок, если возьмет такой сосок в рот, тут же умрет. Стоит свекровь в вестибюле и ждет результатов действия мази.
Хотела уже моя сотрудница употребить полученную передачу, как ее что-то остановило. Запах не понравился. Позвала она тут же санитарку и говорит: «Отнесите в лабораторию». Там выяснили, что мазь содержала сильнодействующий яд.
Когда все вскрылось, не стала она мстить своей свекрови и заявлять в милицию, только сказала:
- Раз ты моего ребенка из-за своего сына чуть не убила, тогда забирай его, он мне не нужен. Главное, моя девочка законная и ее потом никто не оскорбит.
Вышла она из роддома и подала на развод. Муж ее, хоть и плакал, просил помириться, но она настояла на своем. Главное, говорит, у меня есть дочь.
Вырастила она одна эту девочку, выдала ее замуж. Недавно встретила я ее на улице с внуком, и она мне говорит:
- Права ты тогда была - удалось мне и дочь, и внука вырастить.
- Да, вот как в жизни бывает, - вздохнула бабушка, вновь устремляясь к окну - выглядывать своего ненаглядного отпрыска. Во дворе по-прежнему было тихо. Значит, все мальчишки лазили вне пределов видимости. Я, воспользовавшись паузой, попрощалась, унося с собой еще одно доказательство милости Божьей каждому своему созданию.

У кого не бывает депрессии


«Если  хочешь избавиться от печали, не привязывайся ни к чему и ни к кому. Печаль исходит от привязанности к видимым вещам».
Преподобный Никон Оптинский
 
Как это бывает после долгой разлуки, мы встретились и забросали друг друга вопросами: тот как, эта как. Добрались, наконец, и до одной нашей общей знакомой.
- А у нее какие новости? - спрашиваю.
- Она вторично вышла замуж очень удачно, за «нового русского». Купили четырехкомнатную квартиру в Москве. Сделали евроремонт. Родился ребенок. За ребенком ухаживает няня, учит его французскому. Приходит еще и домработница.
- Значит, живи и радуйся.
- Совсем наоборот. У нее недавно была жуткая депрессия. Настолько, что смогла выйти из этого состояния только с помощью довольно дорогого невропатолога, который назначил ей курс лечения...
Потом разговор перекинулся на  другую тему.
Когда я попыталась проанализировать эту нелогичность - депрессию у человека, у которого все есть для счастья, - мелькнул в памяти  пятилетней давности эпизод...
Зашла я как-то в гости к рабе Божьей Н. Это определение к ней подходит как нельзя лучше. Одинокая интеллигентная женщина в возрасте, измученная многочисленными болезнями, все свое время посвящающая церкви.
Н. знакомит меня со своим гостем. Гость, тем более мужчина, у нее большая редкость. Н. ведет очень уединенный образ жизни: дом - церковь.
Сидящий в кресле худой, невысокий человек пытается приподняться мне навстречу, хватаясь за два костыля, стоящих рядом.
В разговоре выясняется, что ему 45 лет, инвалид с детства, живет во Мцхета, преподает эстетику в школе.
- Представляешь! - радостно объясняет мне хозяйка. - Нодарик как узнал по телефону, что у меня стекло ветром разбило, достал новое, привез на своем «запорожце» из Мцхета сюда, на край города, и поднял его ко мне домой по лестнице. Вон все руки изрезал; и костыли, и стекло одновременно держал.
Нодар смеется и отмахивается от дифирамбов - все, дескать, ерунда. Он с удовольствием рассказывает о своей работе, учениках, вспоминает, как в детстве свалился с дерева и стал инвалидом - отсохли ноги. Говорил, как ухитряется жить на смехотворную зарплату и инвалидную пенсию.
- Я всегда по жизни шел легко, - говорит Нодар. - Стараюсь многое делать сам. Почти всегда у меня хорошее настроение. Профессия у меня подходящая: эстетика - наука о прекрасном. Пытаюсь научить моих ребят видеть красоту жизни во всех ее  проявлениях. Они все хорошие, но немного трудные. Всегда чем-то недовольны. Я с ними о Боге говорю, хотя я и не такой верующий, как ты, дорогая, - кивает он хозяйке. - И в церковь я редко хожу... Но я люблю Бога и молюсь Ему по-своему, как умею.
Тут Н. стала ему с энтузиазмом объяснять, как надо правильно молиться и что говорят по этому поводу святые отцы. Нодар слушал  ее рассеянно и то и дело кивал
- Да, да... конечно, ты права. Все это так… - потом встрепенулся. - Знаешь, а ведь Господь слышит меня. И мне очень хорошо от этого. Радостно...
Н. стала предлагать ему духовную литературу. Нодар, не проявляя особого интереса, что-то взял из вежливости.
Нужны ли были ему эти книги на самом деле? У него было в избытке то, чего не нашлось у многих ее знакомых, спокойно слушавших долгое время о выбитом стекле в доме у одинокой пожилой женщины, хотя жили они рядом и имели здоровые ноги.
Потом мы вышли на балкон. Розовый от заката и умиротворенный, лежал перед нами весь Тбилиси. Нодар обвел его взглядом и сказал:
- Сколько, должно быть, здесь хороших людей живет. Господи, помоги им всем.
Пора было уходить. Нодар предложил меня подвезти. По дороге рассказывал о своей мечте:
- Очень хочу жениться. Я бы жену на руках носил. Не смотри, что я такой худой, у меня от костылей руки очень сильные. И дома я все могу делать... Только как вспомню, что жене столько придется со мной мучиться, всякое желание пропадает. Лучше уж одному оставаться.
На этом мы и попрощались. Больше он мне не встретился.
Была ли у него когда-нибудь депрессия? Думаю, что вряд ли.

Мария Сараджишвили
Рис. Валерия Спиридонова
19.05.2006

    Человек силён Силою Духа Святаго! И как же после таких рассказов не проливать слёз умиления и не славословить Господа,подающего нам
    Благодать, Милость и Утешение в самые трудные дни нашей жизни!

    К сожалению, узнала в этой р.Б. Н. себя, есть о чем задуматься….. Спаси Господь

Оставьте свой отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения *

*

Непридуманные рассказы


Св. Давид Гарeджийский и Сергей Есенин
    
В житии св. Давида Гареджийского есть тaкой эпизод. “Он отправился в Иерусалим. И когда дошли до места, называемого “вершина благодати”, откуда виден град Божий святой Иерусалим, Давид, увидев город, пал на землю и со страхом Божиим сказал в сердечном восторге: “Господи Иисусе Христе, Боже наш! Ты, который пришел на землю для спасения рода человеческого, благоволил вочеловечиться без греха во чреве Пресвятой Девы Марии, по Своей Воле пострадал за грехи наши в этих местах, как Человек положился во гробе со смертными и Божественною Силою воскрес и воскресил Божеством Своим Адама со всем родом его, сподобил и меня, недостойного раба Твоего, видеть эти места, где Святые Стопы Твои шествовали! С этого места не осмеливаюсь продолжать путешествие, дабы освященные Святыми Стопами Твоими места не попрать моими нечистыми ногами. И того довольно мне, что я, грешный, удостоился видеть эти святые места издалека”.
Видя происходящее, спутники просили его продолжать далее путешествие, но он говорил им: “Не могу отсюда далее идти, поскольку считаю себя недостойным приблизиться к святым местам. Поэтому идите вы одни туда и принесите и за меня грешного молитвы пред святым Гробом Господним”. Они же с печалью попрощавшись с ним, невольно оставили авву и ушли.
После молитв сердечных и излияния слез покаянных поднял Давид на том месте из-под ног своих три камня, как бы в знак того, что они взяты им от Гроба Господня, и, положив их в корзину, пошел обратно к Гареджи в Иверию.
Бог, побеждающий всякого естества чин, видя такое смирение святого Давида, промыслил открыть людям богоподобие смиряющегося чудотворца Давида, избранника Своего. Господь посылает Илии, Патриарху Иерусалимскому, Своего Ангела и говорит так: “Мой возлюбленный Давид, приблизившись к Иерусалиму, взял с собою благодать его. Теперь же отправь скороходов, чтобы догнать монаха, идущего за городом, одетого в ветхие одежды и держащего в руке корзину, в которой лежат три камня. Повели взять у него два камня, а третий оставить при нем и сказать ему: ” Так повелевает Бог тебе. Поскольку по мере твоего смирения взята тобою благодать Моего Гроба из Иерусалима, то Мне угодно, чтобы две части возвратились опять Иерусалиму, дабы не лишить его благодати, а третью часть дарую тебе для взятия в пустыню. Идти туда с миром и освяти пришествием твоим братию твою. Впредь же, притекающие с верою к тебе примут исцеления от болезней и освобождение от прегрешений своих. Возьми камень сей как знак благодати, в твою пустыню для памяти и возвещения веры твоей”. Патриарх очень удивился этому явлению: он немедленно призвал скороходов, рассказал им все, что услышал от Ангела…
  Святой Давид возвратил посланным два камня, которые были принесены скороходами в Иерусалим к Патриарху. Поведав Святителю о Давиде, скороходы в точности удостоверили все слышанное им от Ангела. Слух о необычном чудесном происшествии разнесся по всему городу Иерусалиму и окрестностям. Смиренный же Давид через некоторое время прибыл в пустыню и положил принесенный камень в церковь. При прикосновении к этому чудотворящему Камню исцелялись немощные, больные и прочие, иным образом страждущие верные Христиане...
Имеется народный обычай прикладывать к стене церкви преп. Давида камушки и загадывать что-нибудь: если камушек прилипнет, то верят, что желание исполнится, а если упадет, то нет.
«В 1924 году поэт Сергей Есенин поднялся на Мтацминда и проделал то же самое.
Он увидел, как многие поднимали у источника какие-то камушки и шли с ними к  церковным дверям.
- Что они делают? – спросил поэт. 
- Это, знаете ли, такое поверье, - сказал Тициан Табидзе.- Поднявший камушек  трет им по двери, и камушек пристает к ней. Тогда начинают считать… раз, два, три… Вот сколько насчитаешь, столько лет тебе еще жить.
- Это интересно! - Есенин рассмеялся. - Сейчас узнаю, сколько мне еще  осталось…
Он взял небольшой камушек и поводил им по двери. Потом отнял руку и стал считать:
- Раз…
Камушек упал. Все расхохотались.
- Теперь я попробую, - сказал Паоло Иашвили. Он выбрал плоский камушек и  начал, не жалея сил, тереть им по церковной двери.
- Раз, два, три, - считал Есенин…
Счет окончился на тринадцати.
Через тринадцать лет Паоло Иашвили не стало… Впрочем все это совпадения, как и  невезучая цифра «13».
Этот отрывок из статьи в «Огоньке», написанной в доперестроечные времена,  попался мне случайно.
Тогда такие факты, наводящие на размышление (Есенин погиб через год, в 1925-м, Иашвили застрелился через 13 лет, в 1937 г.) принято было называть «простым совпадением»...   

3 октября 2005 г.


Церковные Таинства

«Дом Мой домом молитвы наречется для всех народов»
(Мк. 11, 17).


7 января 1999 года несколько человек собрались отметить Рождество. После праздничных тостов речь за столом зашла о том, как кто пришел к Церкви.
- Меня послушайте, - говорит М., пожилая женщина с волевым характером. - В церковь я пришла случайно. Точнее, случайного-то, как я теперь знаю, ничего нет, а есть Промысл Божий. Дело было так. Иду я примерно год назад по Руставели мимо Кашвети. На церкви я в жизни никогда не смотрела и вообще ярая атеистка была, все на партсобраниях выступала. Сама я из Курска, подрывницей в шахте работала. А тут иду я, и вдруг мне как в голову стукнуло, дай, думаю, зайду, погляжу, что там внутри. Ни в России, ни здесь никогда в церкви не была, а тут захотелось. Ну, я грудь вперед и пошла, как на приступ. Без платка, конечно. Да попробовал бы мне кто что сказать: нельзя, мол, - в два счета бы на место посадила. Характер у меня такой решительный… Захожу, в общем. Темновато, свечки горят, поют что-то протяжно. А посередине очередь. Я как советский человек инстинкт имею: где очередь, так подойти в конец и спросить, «кто крайний», а уж потом разобраться. Стала я, значит, в очередь и подвигаюсь медленно к алтарю. Все, смотрю, руки на груди крестом сложили, и я, как обезьяна, так же. Дошла до священника. Он имя
спрашивает. Я назвалась.
- Рот открой, - он говорит.
Открыла. А он мне туда ложку с чем-то, и объявляет: «Причащается раба Божия…». Потом губы мне отер и дает Чашу целовать. Я, как автомат, поцеловала и вышла на улицу. Какую я благодать ощутила, и описать не могу. Иду, ног под собой не чую. И солнце мне по-другому светит, и люди навстречу улыбаются. Все какое-то необыкновенное. Неделю я как в раю жила, все удивлялась, насколько же мне хорошо и ни с кем ругаться не хочется. Потом задумалась - отчего же это? Снова пошла в церковь, стала вникать, интересоваться, что это было и когда снова будет. Так постепенно, постепенно к вере пришла. Сейчас стараюсь ни одной службы не пропустить. Сколько раз я потом после этого причащалась, все по правилам, пост непременно, правило вычитываю, а благодати, такой, как в первый раз, не ощущала. Почему так, не объяснишь. На то оно и Таинство.

В 97-ом совсем в иной обстановке другой человек такого же возраста, социального положения и со схожим прямолинейным характером рассказал следующее:
- Вот сектантов этих расплодилось - жуть. Бегают и всем книжки свои суют: читай - не хочу. Я хоть в религии человек темный, да только точно знаю, что все эти секты - это несерьезно. Я сама бывшая молоканка. У нас в Ульяновке (молоканская деревня недалеко от Тбилиси) все верующие, и пресвитер хороший. Только с церковью все равно не сравнишь. Там что-то такое, что ни в одной секте не найдешь. Вот со мной случай был лет двадцать пять назад. Я тогда работала на Трикотажке прядильщицей. Подруга с мужем попросили их ребенка крестить.
- Я же некрещеная, - говорю. - Мне вроде нельзя по-вашему.
- Да ладно тебе, - ее муж говорит. - Никто и не узнает. Мы же тоже ничего не соблюдаем. Твое дело маленькое: стой рядом и ребенка держи, а мой друг крест покупает и все оплачивает. Священнику ты и сто лет не нужна. - В общем, уломали они меня. Пошли мы с кумом в назначенный день в Александро-Невскую церковь.
Я  косынку даже надела. Не годится как-то без косынки-то.
Зашли туда, где крестят. Я ребенка развернула, держу на руках. Батюшка начал чего-то читать над водой. Мы с кумом стоим без понятия, смотрим. Вдруг подходит священник не к ребенку, а ко мне и начинает меня водой кропить. Меня как кипятком внутри обдало. Неужели, - думаю, - узнал? Еще хорошо, кум выручил, сказал: «Вы, батюшка, не ту крестить начали, мы же из-за ребенка пришли».
- А, - говорит старичок,  - извините.
И начал крестить мальчика…
Еле я дождалась, пока он закончил. Выскочила во двор и давай кума чихвостить.
- Все ты, - кричу, - да дружок твой виноваты, меня в грех ввели. Из-за вас священника обманула.
А кум мой и сам не рад, что так вышло, стоит, оправдывается:
- Да откуда же я знал, что так получится?
Потом меня долго совесть мучила из-за того случая. Спустя какое-то время я сама крестилась, и мои сыновья тоже. В церковь я захожу от случая к случаю, свечки ставлю, когда тяжело. А остальное, что в церкви делается, - не знаю. Слыхала, что исповедоваться надо. Да все как-то смелости пока не хватает.

А эту историю рассказал священник. Как-то к нему обратилась женщина с просьбой отслужить панихиду о муже. Священник подошел к Распятию и начал разжигать кадило. Сделав несколько неудачных попыток и увидев, что ладан не зажигается, он спросил:
- Не о живом ли вы панихиду заказываете?
Оглянулся, а женщину как ветром сдуло. Видно, предположение оказалось правильным.


В октябре 95-го собрались вместе несколько человек. Встреча была редкая и знаменательная. Одному из присутствующих пришла в голову мысль: разрезать по такому случаю освященное яйцо, которое лежало с Пасхи в святом углу перед иконами.
- Да оно испортилось давно. Сколько времени прошло! - засомневались остальные.
- Оно освященное. Посмотрим. Пусть нам будет сегодня Пасхальная радость!
Разрезали.
- Вот это да! - вырвалось у кого-то.
Яйцо оказалось свежим, будто вчера сваренным, не только на вид, но и на вкус.

Записано в июне 2000 г.

Мария Сараджишвили
Рисунок Валерия Спиридонова
23.04.2006

Оставьте свой отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения *

*

Непридуманные рассказы


Открытые  небеса

 «Когда же крестился весь народ, и Иисус, крестившись, молился: отверзлось небо, и Дух Святой нисшел на Него в телесном виде, как голубь, и был глас с небес, глаголющий: Ты Сын Мой возлюбленный; в Тебе Мое благоволение!» (Лк. 3, 21-22).
- Где ты пропадаешь? У нас тут чудо самое настоящее произошло, - такими словами  встретила меня моя соседка на Крещение и принялась за рассказ.
- Утром, значит, стою я, глажу и в полуха телевизор слушаю, московский канал. Вдруг ведущая говорит: «Сегодня Православная Церковь отмечает праздник Крещения и во всех церквях состоится освящение воды. По поверью, в этот день открываются небеса, Дух Святой сходит на воду и вся вода освящается».
Ох, думаю, чего не выдумают! - и глажу себе дальше. А ведущая продолжает: «Раньше верили, что если кто увидит раскрытые небеса и успеет сказать свое желание, то оно непременно исполнится. Внимание, посмотрите на небо. Сейчас с минуты на минуту небеса должны раскрыться, и только после этого священники начнут водосвятие». Бросила я утюг, подошла к окну и вижу: на небе от края до края появилась сверкающая золотистая линия, будто самолет пролетел. Я скорей детей звать. «Идите, - кричу, - сюда, смотрите, что творится». Они прибежали. «Давайте, - говорю, - загадывайте желание».
А тут линия эта сама собой стала раскрываться все шире и шире, словно ее Кто-то руками растягивает. И откуда-то совсем сверху стал струиться необыкновенный золотистый свет. Красота неописуемая. Тут дочка вопит во всю глотку: «Барби хочу! Три новых Барби хочу!»
«Дура! - говорю.- Мало, что ли, у тебя этого хлама валяется? Ты что-нибудь нужное проси!»
А сама нервничаю, на эту красоту глядя. Чего ж загадать-то? - думаю. В голову все материальное лезет. Белье постельное вроде надо. Тут такой момент - и вдруг белье. Это не считается, думаю. Работа чтоб нормальная. Опять не то. В этой жизни кроме работы и так ничего нет. Никак не могу сосредоточиться. А тут еще под ухом моя дочка про Барби выкрикивает. Чуть не отлупила я ее тут же: «Не засоряй, говорю, эфир ерундой».
Тут этот проем в небе стал сужаться, становясь все уже и уже. Ой, думаю, подождите, я и загадать-то толком ничего не успела». Но на небе уже все закрылось, превратилось обратно в полосу, как вначале, потом и полоса эта исчезла, будто ее и не было. Все это быстро произошло. Примерно минут десять длилось. Сын мне потом сказал: «Надо было о здоровье просить». «И то правда, - говорю, - самое нужное вечно из головы выскочит». Ты спроси у своих там, в церкви, видел ли кто-нибудь такое и к чему это нас троих обязывает. И выясни точно, когда следующее Крещение, чтобы мне заранее желание подготовить и это дело не пропустить.


+  +  +
«Свои там, в церкви» отвечали, как сговорясь:
- Это известное дело, что небеса на Крещение раскрываются. А вот видеть нас не сподобил Господь. Да и как увидишь, когда в десять часов всегда в это время служба идет и в церкви надо быть.
- А те, кто видел, им что делать?
- Милость Божья… Сейчас время такое, Господь всех в церковь зовет для покаяния.


+  +  +
Что же касается исполнения желаний, то в том же году подарили Тамрико сразу три  Барби разные люди. Сейчас она выросла и в куклы уже не играет. Что загадал ее старший брат, так и осталось секретом.
Что касается их матери, то через год на Крещение у нее была срочная работа, некогда было на небо смотреть.
Произошло в 1995 г.
Записано 15 декабря 1999 г.


О  силе  креста

«Ибо слово о кресте для погибающих юродство есть, а для нас спасаемых сила Божия» (1 Кор. 1, 18).
- Недавно со мной такая история произошла, если бы кто рассказал, я бы сам не поверил, - говорит мне при встрече один из наших прихожан. - Ты же знаешь, я одну старушку навещаю время от времени. Это мать моих одноклассников. Оба ее сына, близнецы, умерли несколько лет назад от голода. Оба были неженатые, так что их мать осталась совсем одна. Чтоб самой как-то жить, записала она свою трехкомнатку на соседей, чтобы за ней смотрели и кормили. Те, конечно, особенно не перетруждаются, но все же дают какие-то продукты. И разумеется, ждут не дождутся, когда ее похоронят.
Очень им не нравится, что я ее проведываю. Знают, что она не одна. Рассказал я как-то всю эту ситуацию моему духовнику. А он говорит: «Будь осторожен, а то они и тебя убьют». Он ведь так просто ничего не говорит. Удивился я, конечно, но и как предупреждение это не воспринял.
Так вот, прихожу я к этой старушке на какой-то церковный праздник. Она достала откуда-то бутылку вина. «Давай,  - говорит, - моих ребят помянем». Ну, я, естественно, от вина никогда не отказываюсь. «Давайте», - говорю. И что-то мне эта бутылка не понравилась. Я ее взял и перекрестил по всем правилам. И что ты думаешь - вино цвет поменяло! У нас на глазах! Стало каким-то мутно-красным.
- Откуда, - говорю, - у вас эта бутылка?
- Соседи,- отвечает, - давно дали. Все как-то не было случая открыть.
Что за вино было, мы так и не выяснили, но и пить его тоже не стали. Береженого Бог бережет.
Я потом этот случай моему духовнику рассказал. Но он такие вещи воспринимает как само собой разумеющееся. «Хорошо, что перекрестил!» - говорит.
Это произошло в 1998 году.
    
 О Причастии

Моему брату  дважды рассказали этот случай совершенно разные люди: один в автобусе, другой на работе. Поэтому думаю, что это правда. В общих чертах смысл был такой:
во время этого Великого Поста в Калветской церкви шло Причастие. Люди по очереди
подходили к Чаше. Вдруг девочка лет пяти стала смеяться. Это привлекало к себе внимание, и мать попросили вывести ребенка во двор. Во дворе ребенок заплакал и рассказал, что во время Причастия на Царских Вратах сидел голубь. Когда священник подносил лжицу со Святыми Дарами ко рту очередного причастника, голубь подлетал к некоторым и сам вкладывал в род частицу, а от некоторых уносил в клюве вверх, то есть не давал причащаться. Эта картина и рассмешила малышку.
Конечно, голубя этого физически никто не видел. Зрение незримого было дано только
одному, думала я, чистому сердцем.
Великий Пост 2002 г.


Неотданные деньги

Пропал для вечности тот день, в который ты не сотворил милостыню
Я человек жадный и в то же время не атеист, то есть знаю, что предстоит мне дать ответ Создателю за каждый свой поступок. Знаю также, что «не можете служить Богу и маммоне» (Мф. 6, 24). А жадность от такого знания меньше не становится, только благовидными предлогами прикрывается.
Пришла мне как-то в троллейбусе мысль: не платить десять тетри водителю, а подать их какому-то нищему. Выхожу с задней двери и иду, выглядываю нуждающегося. Стоит мужик средних лет с шапкой. «Этот на бутылку себе собирает», - думаю. Дальше смотрю, женщина с ребенком. «Эта, думаю, на мафию работает, как в «комсомолке» недавно писали». Дальше, смотрю, бабка согнутая с трясущейся рукой. «Жалко, думаю, но вдруг впереди еще кто хуже нее стоит». Захожу в метро на эскалатор. Заглядываю, задумываясь, в свой «кошелек» - пакет целлофановый с мелочью - а он возьми и лопни! Все, что было в нем - лар мелочью, - вниз, в эскалатор провалилось, не соберешь. Ни мне, ни нищим. А все жадность.
Записано 7 марта 2000 г.


Бумеранг

«Давайте, и дастся  вам: мерою  доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам  в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и вам»
(Лк. 6, 38).

Встреча после двух-трехнедельного перерыва.
- Где ты? Как ты?
- Мама в больницу попала. Я за ней ухаживала. Прединсультное состояние.
- С чего это вдруг? Еще молодая для инсульта.
- Да так. Сама  говорит: «Бог наказал». Несколько месяцев тому назад мы одолжили у  соседей сто долларов на проценты. А они потом попросили свое назад. Мама пошла, отдала деньги и, подходя к их дому, пожелала: «Чтоб вам эти деньги на лекарства ушли!» Вскоре ее замучило давление. Что ни делали, никак не могли сбить. Пришлось уложить ее в  больницу. Лекарства, врачи. Пришлось опять в долг брать. В общем, двести лар ушло, пока мы ее оттуда вывели.
Удивительно, что точно такая сумма, как она для других пожелала, ушла на ее лечение.
12 декабря 2001 г.


Даже  святые не были свободны от  последствий собственных ошибок.
В житии преп. Пимена Палестинского (память 9 сентября н.ст.) можно прочесть следующее...
...Он жил в VI веке в пещере пустыни Рува.
Однажды зимой к нему пришел для наставления инок Агафоник и остался ночевать в соседней пещере. Утром он рассказал святому, что очень страдал от стужи. Преподобный Пимен ответил, что был наг, но не ощущал холода, потому что к нему пришел лев, который лег рядом и согревал его. «Однако, - добавил подвижник, - знай, что я буду съеден зверями, потому что когда я жил в миру и был пастухом овец, мимо моего стада проходил человек; на него бросились мои псы и растерзали его. Я мог бы спасти его, но не сделал этого. Мне было открыто, что я сам умру  такой смертью».
Так и случилось: спустя три года стало известно, что святой пустынник Пимен Палестинский был растерзан дикими зверями.
9 октября 2005 года.



Сегодняшняя  встреча стала  дополнением на эту тему.

...Разговор крутился вокруг и около платных родов.
- ...В  городе должна быть хоть одна безплатная больница,- доказывал муж жене (он недавно вернулся на родину из России).
- Нету, ты понимаешь, нету безплатных, - втолковывала ему беременная жена. - Вот два года назад какой случай произошел. Один таксист, курд, увидел на улице мальчика, истекающего кровью, и привез его в 9-ю больницу. Его даже принимать не хотели. Медсестры вокруг бегают, охают и ничего не  делают. Врач и не думает подходить. Какой, говорит, смысл делать операцию? Вдруг он умрет, кто мне тогда заплатит? И сидит себе в  кабинете, не спускается.
- А что, сестры сами не могли кровь остановить? - хмыкнул супруг, не отрываясь от голубого экрана.
- Значит, не  могли, -  продолжает рассказчица. - Тогда курд снял золотую цепь с крестом и говорит: «Вы  люди или кто? Вот вам! Пусть хирург придет!»
Пока врач спустился, мальчик скончался от потери крови. Когда врач к нему нагнулся и всмотрелся - узнал собственного сына...
- Бывает, - повел плечом телезритель.

Мария Сараджишвили
Художник Валерий Спиридонов
19.01.2006

    Спасибо за «невыдуманные рассказы», думаю, многие могли бы продолжить… Сколько их, «невыдуманных» рядом? Каюсь, порой, и сама бывала в ситуациях близких к «невыдуманным! и денег жалела, а они из кошелька на пол церковный, и в запале бед всяческих желала обидчикам, да детям их… Прости Господи!
    …Готовила к изданию книгу стихов. Рукопись 3 раза пропадала и в компьютере, и со стола. Никто, ничего не видел. Чудеса, да и только!
    Пошла к настоятелю нашего мужского монастыря. Рассказала все, а он одно спросил — название.
    Помолчал, поднял добрые и умные глаза и сказал одно: «Не туда заглянули, матушка «.
    Пока шла домой, появилось новое название «Сила жизни» и по воле Божьей все изменилось: стихи легли другим порядком, какие совсем выпали и средства нашлись и, буквально, спустя несколько месяцев, получила тираж.
    Вот она, сила Божья.
    С уважением,

    Да… Спасибо за рассказы. Очень интерессно. С удовольствием читала. Буду ждать продолжения.

Оставьте свой отзыв

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Ознакомлен и принимаю условия Соглашения *

*

Использование материалов сайта возможно только с письменного разрешения редакции.
По вопросам публикации своих материалов, сотрудничества и рекламы пишите по адресу blago@cofe.ru